– Если забрать крючок, то это заставит пациента уйти в себя, стать некоммуникабельным.

– Никаких крючков! – отрезал Смит и вынес Герлингу выговор за пренебрежение безопасностью персонала.

Инцидент был исчерпан. Доктор Герлинг, конечно же, не согласился с этим решением, но ничего не поделаешь: над Фолкрофтом довлела железная воля Смита.

Тем не менее, здоровой рукой пациент управлялся весьма неплохо. Рисунки отличались подлинным мастерством и выразительностью. Удивительно, как больному удалось вжиться в образ Дяди Сэма Бисли! Изображения, казалось, воистину выполнены рукой великого мультипликатора. Однажды доктор Герлинг попросил пациента нарисовать ему мышку Мононгагелу – сходство было поразительным, вплоть до стоящих торчком черных ушек!

– Вам с легкостью предоставили бы работу в одной из студий Бисли по производству мультфильмов, – не подумав, брякнул Герлинг.

– Я сам создал эти студии, ты, шарлатан! – рявкнул в ответ псевдо Бисли, вырвал из рук доктора рисунок и, зажав зубами, разорвал в клочья. Его единственный глаз светился звериной яростью.

Пока все эти воспоминания проносились в мозгу доктора Герлинга, пациент обратил на него внимание.

– Ты, шарлатан! Как дела в Евро Бисли? Посещаемость растет или падает?

– Падает. Причем резко.

– Черт побери! Ничтожества! Без меня совсем не могут управлять! Скажи им всем, что они уволены. Нечего было обращаться к этим снобам французам. Проклятые лягушатники держат Джерри Льюиса за гения, а меня третируют как простого рисовальщика.

– Я увижусь с вами завтра, – любезно откликнулся доктор.

– А я увижу, как ты повиснешь на своем стетоскопе, – проворчал Бисли, возвращаясь к своим рисункам.

– Интересный случай, – удаляясь, пробормотал доктор Герлинг и оставил записку старшей медсестре. Пациенту надо увеличить дозу клозарила, но при этом не забывать каждую неделю брать кровь на лейкоциты, количество которых из за сильнодействующего наркотика может уменьшиться.

В остальных палатах ничего интересного. Осматривая их, доктор Герлинг думал о событиях сегодняшнего дня.

Над Фолкрофтом сгустились тучи. Какие то проблемы с ФНУ: спецагенты так и шныряют здесь с самого утра с оружием в руках.

Приехав сегодня на работу, Герлинг обнаружил на лужайке мертвеца, а раненые – к числу которых, собственно говоря, следовало бы отнести и доктора Смита, – уже находились под наблюдением лучших врачей Фолкрофта.

На доктора Герлинга набросились представители Управления по борьбе с наркотиками и ФНУ. Учреждения боролись за право допросить его первым. Победило УБН, и доктор был подвергнут изнурительному трехчасовому допросу, заключавшемуся в многократном отрицании одних и тех же обвинений.

В конце концов представитель УБН вынужден был передать его ФНУ. Последовал еще один длительный допрос, также состоявший из утомительных вопросов и возмущенных ответов.

После этого Герлингу разрешили приступить к работе.

Он обнаружил Фолкрофт лежащим в руинах, служащих в недоумении. Обслуживающий персонал распустили по домам, часть сотрудников, включая секретаря Смита, миссис Микулку, уволили.

Интересно, не уволят ли вскоре и его самого? Что ж, это вполне реально, решил он.

И продолжил обход. Может, ничего страшного и не случится, и статус кво восстановится.

Но сердцем он чувствовал, что это вряд ли. Федеральное налоговое управление и Управление по борьбе с наркотиками налетели на Фолкрофт как ангелы мстители. Какая уж тут ошибка! Это очень могущественные и значительные для государства ведомства с весьма квалифицированными специалистами. Они не ошибаются.

Если в душе доктора Герлинга еще оставались какие то сомнения, то состояние доктора Смита их полностью рассеяло.