Брум слабо улыбнулся.

     - Вы  похожи  на  одного  из пророков, - сказал он. - На Моисея. У меня

была  книга  с  картинкой, как Моисей разделил Чермное море. Вы - ну вылитый

он.

     - Только  я  никакой  не Моисей, - отозвался Джейк, снимая куртку. Брум

увидел  у него на бедрах кобуры с пистолетами. Джейк оглянулся на него. - Ты

кого-нибудь из них узнал?

     - Кажется... Да только я предпочел бы ошибиться.

     - Иерусалимские Конники?

     - Откуда вы знаете? - удивленно спросил Брум.

     - Они  гнались  за  тобой  и  нашли  тележку.  Потом повернули назад. Я

слышал,  как  они  разговаривали.  Чуть  не  лопались  от ярости, можешь мне

поверить.

     - Они... вас не видели?

     - Меня  никто  не видит, пока я этого не захочу, - сообщил ему Джейк. -

Такой  уж  у  меня талант. Кроме того, могу тебя обрадовать: я немножко умею

лечить. А куда ты направлялся?

     - Направлялся?

     - Вчера вечером в тележке?

     - А! Это тележка Даниила Кейда. Он... О Господи!..

     - В чем дело?

     Брум горестно вздохнул.

     - Его  вчера вечером убили. Он спас меня, застрелив этого... убийцу. Но

тот был не один. Его сообщники ворвались в дом и убили Кейда. Джейк кивнул.

     - Ну,  Даниил  наверняка  забрал с собой по-крайней мере двоих. Крепкий

был  человек.  -  Джейк  усмехнулся.  -  Никто с этой жизнью расставаться не

хочет,  сынок,  но  старина  Даниил,  если бы мог выбирать, выбрал бы бой со

служителями зла.

     - Вы его знали?

     - В былые дни, - сказал Джейк. - Никому не спускал.

     - Он  был  разбойником  и убийцей, - сурово сказал Брум. - Последним из

последних. Но Господь просветил его.

     Джейк засмеялся басистым веселым смехом:

     - Да уж, менхир Брум! Второе чудо на пути в Дамаск.

     - Вы  над  ним смеетесь? - спросил Брум, когда Джейк налил мясной отвар

в деревянную чашку и вложил ее ему в руки.

     - Не  смеюсь,  сынок.  Но и не сужу. Во всяком случае, теперь. Это дело

молодых. А теперь ешь-ка! Надо восполнять потерю крови.

     - Мне бы сообщить Эльзе... - сказал Брум. - Она же будет беспокоиться.

     - И  еще  как!  -  согласился Джейк. - Судя по разговору всадников, она

теперь думает, что ты убил Пророка.

     - Что-о-о?

     - Такой  идет разговор, сынок. Его нашли мертвым у тебя в доме, а когда

Иерусалимские   Конники   прискакали   на  выстрелы,  ты  уложил  двоих.  Ты

преопаснейший человек!

     - Так  никто же этому не поверит. Я всю жизнь был против насильственных

действий!

     - Просто поразительно, чему способны поверить люди. А теперь доедай.

     - Я  вернусь,  -  внезапно сказал Брум. - Обращусь к апостолу Савлу. Он

меня  знает.