Так постепенно бизнес сращивался с органами внутренних дел, потому что не видел другой силы, которая помогла бы надежно защититься от бандитов.

Иногда «крыши» были двойными — и бандитскими, и милицейскими. Бизнес не брезговал ни чем и спасался как мог. Как на базаре продавались служебные секреты, время и сроки спецопераций, проверок и т. д. Через правоохранительные органы решались вопросы борьбы с конкурентами, через бандитов — с кредиторами и соучредителями.

«Да, трудное время, — думал я, шагая по широким улицам. — Сейчас главное — не запачкаться, не запятнать себя, — и в мыслях вернулся к предложению Харламова. — Интересно, на что он рассчитывал, предлагая мне мирно решить вопрос с Лобовым? Нет и еще раз нет! Иначе — перестать уважать себя».

Незаметно я оказался перед зданием гостиницы. Зайдя в номер, я собрал свои вещи и, расплатившись с администратором, покинул свое очередное временное пристанище.

Около гостиницы стояла милицейская машина. Меня окликнули:

— Виктор Николаевич! Вы в Автозаводской отдел? Если туда, я вас подвезу.

Это был один из работников ОУР Автозаводского РОВД.

Я сел в машину, и мы поехали.

Молодой милиционер всю дорогу о чем-то беседовал со своим пассажиром, сидевшим рядом. Я сидел на заднем сиденье и старался не слушать их разговор — мои мысли были заняты совершенно другим.

Я думал о доме, и мне казалось, что это самые приятные мысли за последние дни. Попробовал переключиться на работу: «Инфаркт в тридцать шесть — вот главная награда за такую работу, за всю милицейскую романтику!», и мысли о доме вновь заняли свое место.

Машина остановилась, я забрал вещи, поблагодарил сотрудника и направился в отдел.

Позвонил Балаганин и доложил, что все задержанные по подозрению в кражах «КамАЗов» арестованы городской прокуратурой и перевезены в ИВС Елабуги, Мензелинска и Менделеевска.

— Хорошо, Стас! Сейчас собирайтесь, и через час выезжаем! Да, кстати, пригласи ко мне Артема Сергеева, по-моему, он где-то рядом с тобой.

Артем зашел ко мне минут через пятнадцать:

— Виктор Николаевич! Извините, что задержался. Я говорил с товарищем из шестого и узнал, что звонок был из отдела уголовного розыска Автозаводского РОВД. Пока он не может назвать человека, звонившего Боцману. Сам Боцман сейчас в бегах, и, пока ваша бригада в Челнах, он домой не вернется.

— Артем, мы сегодня уезжаем, и я бы хотел попросить тебя об одной услуге. Как только получишь информацию, что Боцман в городе, дай мне знать. Меня очень интересует этот звонок. Поработай в этом направлении, буду очень признателен! Если надумаешь переводиться в Казань, позвони мне. Место в управлении я для тебя найду. Ну, вот, наверное, и все. Пока, до встречи.

Сергеев вышел из кабинета и плотно закрыл за собой дверь.

«Хороший парень, умный. Лишь бы не испортился с такими, как Харламов с Гариповым».

Через час личный состав группы собрался у меня в кабинете. И мы все вместе вышли из отдела.

Харламов из окна наблюдал за нашим отъездом. Он смотрел до тех пор, пока наши машины не скрылись за поворотом.

Казань нас встретила мелким холодным дождем.

«Вот и осень пришла», — совсем не огорчаясь, в предчувствии встречи с родными подумал я, выходя из машины.

— Игорь, развези всех по домам, — приказал я водителю и добавил: — Завтра с утра как обычно.

Дома меня ждал вкуснейший ужин. Вдоволь насладившись домашней едой, я отправился в ванную.