Последний был тем самым офицером, которой владел телекинезом.

Поначалу хотели взять ещё парочку тяжей или мастера копья, но Сасс, посовещавшись с Морозкиным, решил сделать ставку на мобильность.

И я был согласен со штабс-капитаном.

Теоретически, мы могли отправиться туда вдвоем — я и Хмурый, но ранг Воина был слишком мал, ну а себе я пока на сто процентов не доверял.

Нет, превозмогая, я, наверное, справлюсь с любым, но чего-то не хотелось превозмогать.

Хотелось сделать все быстро и четко. Так, чтобы любая боевая операция была не подвигом, а рутинным выполнением поставленной задачи.

И, желательно, без потерь.

Поэтому Алабай и поручик Морозкин — идеальная компания. Первый — танк, второй — ходячий радар.

Ну а Калугин — это личная перестраховка Хмурого. Очень уж он впечатлился продемонстрированным телекинезом.

— Розова бы ещё сюда, — проворчал Хмурый. — Прирожденный разведчик! Он бы и без нас справился.

— Тогда уж нашего физрука, — не согласился я, внимательно следя за тем, как поручик Морозкин исчезает в овраге.

— Он что, так крут? — не поверил Хмурый.

— Все разведчики, как разведчики, — я пожал плечами, мягко спрыгивая в овраг. — А он — физрук.

В овраге как-то резко стало не до разговоров.

Вместо прохода, который рисовался в моем воображении, в овраге оказалась вентиляционная отдушина, в которую пришлось вкручиваться, словно ниндзя.

А потом ещё и ползти некоторое время по пыльной каменной кишке.

Потом был спуск вниз, и целый лабиринт из развилок, в котором я сразу же потерялся.

Спасала только спина Морозкина, за которой я следовал, да недовольное бурчание Хмурого за плечом.

И в этот раз я был согласен с Воином на все сто процентов — я не так представлял себе погоню за неизвестным одаренным.

К слову, сомнений в том, что это именно одаренный не было ни у кого.

Спустя десять минут монотонных блужданий, мне надоело чувствовать себя топографическим кретином, и я принялся запоминать повороты и форму арок.

И чем больше я всматривался в эти тоннели, тем больше во мне крепло понимание, что никакая это не шахта.

Может быть я чего-то не знаю, но в шахтах обычно не принято вырезать из камня барельефы.

Ну а плавные обводы арок и каменная канализация и вовсе говорили о том, что здесь когда-то давно поработал или великий Маг Земли.

Ну или… кипела жизнь подземного мегаполиса.

Эх, жаль, что в надел не отправился Светик-Светозар, у которого можно было поинтересоваться историей этих земель!

В итоге, я решил не просто пялиться по сторонам, запоминая количество поворотов и потолочные барельефы, но изучать тоннели.

Зря что ли выбирал Крылья Разума, улучшающие память и обучение? Да и первый ранг Следопыта давал небольшой шанс увидеть что-то интересное.

К тому же, если объединить усилия с, к примеру, Морозкиным, то может получиться перспективная связка!

— Поручик Морозкин, — я ускорил шаг, догоняя Воина. — У меня к вам интересное предложение.

— Можно просто Павел, — дружелюбно отозвался офицер, а я от неожиданности сбился с шага.

— Павлик Морозкин?

— Знаете, Михаил, — голос поручик заледенел, — в скольких дуэлях мне пришлось поучаствовать, чтобы отбить охоту так коверкать мое имя? Попрошу запомнить, я Павел, не Павлик!

— Прошу прощения, — искренне отозвался я. — Просто ваше имя оказалось созвучно с именем одного моего… знакомого.

— Однофамилец? — немного теплее уточнил поручик.

— Почти, — я усмехнулся.