— Говори, — проворчал он.

По голосу темного апостола Танкред немедленно догадался, что тот раздражен, несмотря на одержанную над Кровавыми Ангелами победу.

— Новости с орбиты, господин. «Вечная панихида» определила местоположение человеческого корабля в атмосфере газового гиганта и приступила к обстрелу с низкой орбиты. Под руководством Губительных Сил мы вынудим их покинуть логово и уничтожим.

Искаван сплюнул.

— И впрямь прекрасная победа, — произнес он голосом, свинцово-тяжелым от сарказма. — Однако святое убийство в любых количествах все равно не уменьшит моего отвращения!

Щупальце, которое заменяло Танкреду руку, задрожало — так было всегда, если он испытывал интерес.

— Что вас беспокоит, милорд? Вы захватили мир во имя разрушения, но сторонитесь наших победных пирушек. Хотел бы я знать, почему.

Вместо ответа Искаван осушил шлем Астартес, а затем швырнул его подальше в ряды своих поющих воинов.

— Ты был там, Танкред, и видел все так же хорошо, как и я. — Он покачал головой. — Мы отошли по распоряжению магистра войны. Мы отступили… — при этих словах апостол задергался от гнева. — Что это за приказы, из-за которых Несущие Слово уступают врагу?

Он вскочил и пнул поднос с едой.

— Всегда вперед и никогда назад! Клянусь глазами Лоргара, это наше кредо!

— Прежде всего мы обязаны повиноваться лорду Гаранду, — ответил Танкред, который решил стоять на своем.

Имя Гаранда произвело желаемый эффект: настроение апостола смягчилось, но не намного.

— Тут дела серьезнее, чем мы думаем, Танкред, — прошипел он. — Гаранд двигает нас, как фигурки на игровой доске; хочет взять короля, а нам бросает крохи информации. Но Искаван Ненавистный — не пешка!

— Разве у нас есть выбор, темнейший?

— Какой выбор? — Искаван фыркнул. — Какой…

Военачальник Хаоса прервал свою речь на полуслове и лизнул воздух.

Когда Искаван вновь заговорил, его предыдущее настроение, казалось, исчезло без следа.

— Чувствуешь этот вкус, Танкред?

— Милорд?

Апостол соскочил с импровизированного помоста, на котором стоял его трон, и поманил к себе воина.

— Эй, ты! Назови свое имя.

Несущий Слово поклонился своему господину.

— Я Ксангер Свирепое Око, если будет угодно великому Искавану.

— Я чую поблизости людей. Собери самых смелых воинов и проверь периметр.

Не говоря ни слова, десантник Хаоса повернулся и бросился выполнять задание. Танкред посмотрел ему вслед.

— Милорд, наверняка выжила незначительная часть людишек. Наши кукловоды за этим проследили.

Отвратительный рот Искавана разошелся в широкой ухмылке, когда он вспомнил, как раненые Кровавые Ангелы в исступлении убивали друг друга. «Да! Если бы Гаранд предоставил побольше драгоценных псайкеров-илотов, мир был бы покорен за час, а не за день», — моргнув желтыми глазами, апостол выбросил эту мысль из головы.

— Не важно, сколько их осталось. Важно, что они есть. — Искаван выпрямился в полный рост. — Танкред, когда на Кибеле наступит рассвет, я воздвигну первый великий обелиск во славу Хаоса Неделимого. И, заметь, я должен сделать его из свежевырезанных костей Адептус Астартес.

Сквозь оптический прицел лагерь сил Хаоса был как на ладони.