— Что… — Она почувствовала струйку под носом и поднесла туда платок, пробормотав: — Черт.

— Я же сказал, что могу чувствовать усилие, — проговорил Демарко.

— Это всего лишь небольшое кровотечение из носа, вот и все.

— Да, верно.

Миранда проверила свой сотовый, нахмурилась и пробормотала:

— Черт, сигнал потерян.

— Какой сигнал? — спросил Квентин.

Миранда, будто не слыша его, проговорила:

— Осталась минута. Холлис, когда это закончится, я хочу чтобы ты…

И один из внедорожников взорвался.

Дейл Макмари услышал и увидел взрыв. Фактически, он почти слетел со стула, хотя это скорей произошло от удивления, и взрывная волна была тут ни при чем.

Как и все, он выскочил на улицу, и, настолько шокированный тем, что в этом обычно мирном месте могло что-то взорваться, не думая бросился к управлению.

Не успев оценить возможные последствия.

Гэбриель как раз дошел до проекционной комнаты старого кинотеатра, когда услышал взрыв. И почувствовал вибрацию, прошедшую через старое здание.

Черт…

— Черт побери, Рокс, где эта гребаная лестница на крышу?

Хотя его глаза уже привыкли к темноте, а сверху из невероятно грязного окошка в потолке лился приглушенный свет, он не мог разглядеть никаких признаков двери или же еще одной лестницы, ведущей наверх.

Подожди… Там, за теми выступающими стеллажами.

Несколько старых, ржавых коробок с кинопленкой лежали на одной из полок, молчаливо оправдывая их пребывание в комнате, но Гэбриэлю было некогда об этом задуматься. Он нашел дверь именно там, куда и указала Роксана. Она была не заперта и легко открылась, и Гэбриель увидел крутую лестницу, ведущую наверх.

Стремительно и тихо взбираясь по ней, он выдохнул:

— Можешь указать мне, где он?

Я все еще не уверена. Ощущения… странные. Холодно. Отдаленно. Я должна понимать, что это значит, должна, я знаю. Но не могу.

Наверху лестницы была еще одна дверь, которая без труда поддалась, когда он слегка тронул ее рукой. Скрипящие петли не выдали его, но он был слишком опытным охотником, чтобы забыть об осторожности. Сначала он приоткрыл дверь всего на несколько дюймов, чтобы дать глазам время привыкнуть к яркому свету раннего утра, царившему на крыше. Затем открыл ее шире.

Будь аккуратен, Гейб.

— Понял. — Прошептал он автоматическим — все его внимание было сосредоточено на крыше.

Она была плоской и залита гудроном, тут и там торчали различные вытяжки и трубы. Лестница заканчивалась в своего рода мансардном окне, выходящем на крышу и ему потребовалось несколько мгновений, чтобы сориентироваться. Гэбриель понял, что передняя часть здания была у него за спиной.

Позади мансардного окна.

Снайпер может быть только там, если он вообще все еще на крыше. А он должен быть здесь. Если только он не гребаная птица.

Гэбриель не слишком прислушивался к ее словам, так как он выбрался на крышу и полностью сконцентрировался на своих движениях, двигаясь вокруг слухового окна и пытаясь найти точку, с которой можно было засечь местоположение снайпера. Но его осмотрительность оказалась ненужной.

— Он не птица, — вслух проговорил Гэриель, расслабляясь и медленно убирая оружие в кобуру.

Что за черт?

Вчерашний снайпер — если очень дорогая винтовка, лежащая около него, могла служить признаком — полусидел, спиной облокотившись на парапет, очевидно, именно отсюда он наблюдал за улицей внизу. Его ноги были раскинуты, а руки лежали по бокам от бедер.