— Бутерброд с сыром, поджаренный на гриле, обычный кофе, — сказал я.

— Понял. Надолго в Рок-Спрингс?

— Просто еду мимо.

— Надеюсь, вы не рассчитывает в такую ночь добираться автостопом?

— Нет, у меня есть машина.

— Только так и надо путешествовать, — заметил он и отправился выполнять мой заказ.

Он решил, что я путешествую автостопом? Я даже немного обиделся. Но когда я зашел в туалет, зеркало все мне объяснило Моя отросшая щетина, покрасневшие глаза и бледное, опухшее лицо (результат нескольких недель мусорной пищи и отсутствия свежего воздуха) действительно делали меня похожим на бомжа. Человека, который затерялся в огромной американской неизвестности. Вечный лузер, надеющийся найти кого-нибудь, кто увезет его из города.

Все путешествия имеют логический сюжет: вы уезжаете, вы возвращаетесь. Но мое превратилось в бесконечную езду по бетонному коридору. И конца этому путешествию не было видно.

Принесли еду. Я съел бутерброд. Я выпил кофе. Я расплатился.

— Вы всем довольны? — спросил менеджер, передавая мне сдачу.

— Нормально, — ответил я.

— Куда теперь? — спросил он.

— На восток, — пробормотал я, но это было ложью. Потому что мне некуда было ехать.

Глава вторая

02.12.1994

Беркли, Калифорния

Б.

Привет тебе из Народной республики Беркли. Я застрял тут на прошлой неделе, после того как наконец вытащил свою задницу из Бахи. С заданием все вышло значительно хуже, чем я ожидал. Художественный редактор в той конторе решил, что моя работа слишком резка и графична для этих целей. Ныне всем подавай глянец. Пошли они все.

Знаю, мне не следовало писать тебе на домашний адрес, да и сообщать такие дерьмовые новости тоже не хотелось.

Но я подумал, что будет лучше, если я объяснюсь с тобой сразу и начистоту. Пока я болтался в Сан-Фелипе, я сошелся с фотографом из района Залива, ее зовут Лаура. Она была там в отпуске, и, хотя сначала мы оба решили, что это всего лишь выходные, отношения затянулись. Причем до такой степени, что я поехал за ней в Беркли, где она живет. Она там помогает мне пристроиться в пару журналов. Хотя еще рано говорить, но я думаю, что мы можем попробовать жить вместе. Даже если ничего не выйдет, пейзажи здесь великолепные. Мне уже удалось получить пару заказов, что приятно после всего того поганого отношения в Нью-Йорке. Думаю, я здесь задержусь.

Прости, что я заканчиваю все на такой ноте, но давай признаемся: мы ведь оба всегда понимали, что это всего лишь интрижка, без всяких долгосрочных перспектив. Но я всегда буду вспоминать о тебе с удовольствием. Такие воспоминания — большая редкость.

Побереги себя.

Г.

Я поднял голову от компьютера и уставился в окно на шоссе 80. Взглянул на часы. Половина двенадцатого. У меня еще оставалось полчаса, затем я обязан был освободить свой номер в гостинице «Холидей» в Рок-Спрингс. Поэтому я еще раз перечитал письмо. Этот вариант мне понравился больше, чем предыдущий, в котором Гари писал, что читал о смерти Бена в «Нью-Йорк таймс», и всячески выражал свое сочувствие. Если бы Бет получила тот вариант, она бы обязательно подумала: Почему эта сволочь не возьмет трубку и не позвонит мне? Так или иначе, основной моей целью было привести Бет в ярость, чтобы ей уже никогда не захотелось иметь какие-либо отношения с Гари. Именно с этой целью я и придумал эти шашни с Лаурой. Эти романтические признания Гари сразу же после моей гибели вынудят Бет списать его как последнее дерьмо. И послужат гарантией, что она не попытается разыскать его в Беркли. Во всяком случае, я на это надеялся. На всякий случай, однако, я не стал писать на конверте обратного адреса.