|
Мы находились прямо напротив третьего вагона, из которого должны были передать деньги. Первым вышел проводник, а за ним сразу два человека в черных костюмах. Они встали по бокам от двери, пропуская третьего – господина в хорошем коричневом костюме и с кожаным саквояжем в руках. Спустившись на перрон, он остановился. Еще один охранник не выпускал пассажиров из вагона, пока господин в коричневом костюме не передал Теллеру саквояж. Охранники магазина тут же окружили своего шефа. Руки они держали в карманах, вероятно, на рукоятках револьверов. После того как группа Теллера с саквояжем начала удаляться, охранник в вагоне открыл выход для остальных пассажиров, возмущенных задержкой.
Отправившись вслед за главным охранником, я увидел, как он со своими людьми вышел на площадь перед Николаевским вокзалом. Они разместились в две ожидавшие пролетки. В первой ехал Теллер, а по бокам от него втиснулись два охранника. Во вторую сели двое остальных людей Теллера. Я свистнул Ивана, и тот быстро подъехал. – Видишь этих господ? – спросил я. – Следуй за ними, но не обгоняй. Такой процессией мы доехали до самого магазина, где пролетки с Теллером и охранниками тут же проследовали на разгрузочный двор через открывшиеся ворота. А я отпустил Ивана и вошел через дверь охраны. Мы встретились возле лестницы, ведущей на второй этаж, к конторе. Теллер, сопровождаемый двумя своими людьми, быстро пошел наверх. Я – следом за ними. В конторе нас ждал Елисеев. – Ну, что? – спросил он. – Привезли? – Так точно! – отрапортовал Теллер и поставил саквояж на стол. – Никаких происшествий? – Никак нет! – Хорошо. Елисеев вынул из жилетного кармана маленький ключ на цепочке, открыл замок и распахнул саквояж, плотно набитый пачками денег, перехваченных бумажными лентами. Елисеев провел по деньгам пальцами, и, захлопнув саквояж, снова запер его на замок. – Все в порядке, – сказал миллионер. – Похоже, все здесь. Отправляйте его в сейф. Теллер открыл металлическую решетку, которую, по-видимому, пока не запирали ввиду отсутствия денег в сейфе, и поставил саквояж на стол внутри помещения кассы. Елисеев подошел к сейфу, некоторое время набирал шифр на диске, потом вынул из кармана брюк еще один ключ – длинный и причудливой формы, вставил в замочную скважину и попытался повернуть. Но ключ не повернулся. Елисеев попытался снова. Тот же результат. Елисеев вынул ключ и вставил его снова, но и в этот раз открыть сейф не удалось. Миллионер отошел от сейфа и посмотрел на Теллера. – Что случилось, Григорий Григорьевич? – спросил главный охранник. – Хотел бы узнать это от вас, – сказал Елисеев. – Я не могу открыть сейф. – Позвольте, – удивился Теллер. – Но ключ хранился у вас. Елисеев раздраженно пожал плечами. – Что за черт! – воскликнул он и снова попытался открыть сейф – однако опять безрезультатно. Следующие десять или пятнадцать минут Елисеев снова и снова набирал комбинацию цифр на диске, а потом вставлял ключ и не мог повернуть его даже на пол-оборота. – Похоже, что с сейфом возникла проблема, – наконец сказал он, вспотев. – Странно, я недавно проверял механизм. Все работало. Он посмотрел на меня: – Что думаете вы, Владимир Алексеевич? – То же, что и вы, – ответил я, – замок испорчен. Возможно, кто-то засунул в отверстие обломок гвоздя или кусочек свинца. Григорий Григорьевич, может быть, вы отвезете деньги к себе и положите их в личный сейф, в своей квартире? – Нет, – быстро сказал Елисеев, покраснев. |
