Он повернулся к Теллеру:

– Федор Иванович, вы лично отвечаете за этот саквояж. Я требую, чтобы вы всю ночь, до приезда специалиста, находились в этой комнате неотлучно. Поставьте охрану у дверей, а также у всех входов в магазин. И еще, я хотел бы, Владимир Алексеевич, – сказал Елисеев, обращаясь уже ко мне, – чтобы вы тоже подежурили здесь. Боюсь, все это не случайность, и ночью у нас могут быть гости.

– Если вы мне не доверяете, Григорий Григорьевич… – начал Теллер.

– Я доверяю вам, – ответил миллионер, – но, знаете, одна голова хорошо, а две лучше. И хватит об этом. Я так хочу. Чем больше будет народу, тем лучше. А Владимир Алексеевич с его прекрасной спортивной формой безусловно пригодится. Вы согласны помочь, Гиляровский?

– У меня были планы на этот вечер, – начал я, – но если вы просите…

– Теллер? – Елисеев повернулся к главному охраннику.

– Слушаюсь, – тихо ответил тот и зло посмотрел на меня.

– Ну же, Федор Иванович, посидим, поболтаем, ночь пролетит незаметно.

– Не сомневаюсь, что это будет самая яркая ночь в моей жизни, – пробурчал Теллер.

Елисеев распорядился, чтобы нам в контору принесли бутербродов и несколько кувшинов с водой. Было решено перенести в контору даже ночной горшок из сторожки, чтобы мы могли справлять нужду, не выпуская друг друга из виду.

– Как вы думаете, Гиляровский, этот «призрак» сегодня действительно появится?

– Думаю, обязательно, – ответил я, иначе зачем весь этот фарс с замком сейфа. У вас есть револьвер, Федор Иванович?

– А у вас?

– Есть, – ответил я.

– И у меня тоже, – сказал Теллер.

– Вы хорошо стреляете? – спросил я.

– Не разучился еще. А вы, Гиляровский?

– Я служил во время последней турецкой кампании в пластунах.

– А, – ответил Теллер, – понятно. Но это было давно.

– Да.

Мы помолчали еще немного, и скоро блюдо с бутербродами опустело. Теллер взял его, подошел к двери, открыл и сказал:

– Николаев, прикажи, чтобы нарезали еще, у Владимира Алексеевича хороший аппетит.

– Может, запереть дверь? – спросил я.

Теллер отрицательно покачал головой.

– Ни в коем случае, – сказал он. – За дверью стоит мой человек. Если мы запрем дверь, то не сможем прийти ему на помощь. И потом, вы же понимаете, Владимир Алексеевич, мы здесь не столько для того, чтобы охранять деньги, а для того, чтобы поймать «призрака». Деньги в любом случае останутся в магазине, потому что здесь не меньше пяти людей охраняют выходы.

– Не надо, Гиляровский! Не трогайте выключатель. Если мы будем на свету, из коридора нас будет хорошо видно, а мы не увидим никого.

– Но там же стоит ваш человек, – возразил я.

Теллер пожал плечами:

– Да, но пусть лучше так, это на крайний случай. Ведь ваш студент уже убил двух человек. Он опасен, Гиляровский.

– Ничего, – беззаботно ответил я, – видали и опаснее!

Мы продолжали сидеть в темноте. Стол был неудобный, и я вспомнил о своем кресле, о том, как имел обыкновение дремать в нем в туркменском широком халате.