Стройные длинные ноги, плоские животы, кокетливые взгляды из под золотистых ресниц, бантики, резинки, кружева, шелк… Он готов был купить все, лишь бы вновь увидеть ту, черноволосую, с бело розовой кожей и родинкой над губой.

Она вышла в темно вишневом корсаже, отделанном черным кружевом с серебристыми зубчиками. На ней были чулки с подвязками, туфли на высоких каблуках, а в руках – шелковая маска. Она шла прямо на Пшеничного, сдержанно улыбаясь и игриво прикрывая лицо маской. Пышные волосы были подобраны вверх, открывая точеную линию шеи.

Станислав Михайлович не мог разобраться со своими мыслями. Они нахлынули на него, закружили. И мысли были какие то новые, странные. Ему казалось, что к пятидесяти пяти годам он уже все свои мысли передумал и знал их наперечет. А тут просто буйство карнавальных красок… И внезапно – холодок, радостный, перехватывающий дыхание: «И невозможное возможно… пока живу!..»

Менеджер, с профессиональной ловкостью воспользовавшись отстраненностью, а следовательно, незащищенностью клиента, погруженного в себя, предложила ему еще полушубок из норки и парочку самых дорогих пеньюаров.

– Заверните! – миролюбиво махнул рукой Станислав Михайлович.

– Минуточку! – улыбнулась дама и скрылась в комнате манекенщиц.

– Лилия! – обратилась она к черноволосой девушке с родинкой над губой. – Получишь за сегодняшний день прибавку. Клиент не мог оторвать от тебя глаз. Пойди отнеси ему покупки и пригласи еще заглянуть в наш салон.

Торжественная процессия во главе с менеджером, боем с коробками и очаровавшей клиента манекенщицей подошла к Пшеничному.

– Мы благодарим вас за то, что вы выбрали наш салон, – начала менеджер…

– И будем рады видеть вас снова, – заключила Лилия.

Станислав Михайлович благосклонно кивнул и пошел к выходу. Проходя мимо зеркальной стены, он был удивлен, заметив, что за ним следует только бой с покупками. А как же главное его приобретение?!

«Почему не завернули?!» – чуть не вскричал он.

Пшеничный остановился и подозвал менеджера.

– Я хотел бы поблагодарить девушку за помощь в выборе подарков, – сказал он.

Менеджер состроила серьезное лицо и неопределенно повела глазами.

– Вообще то это… – Она поиграла пальцами в воздухе. – Но… на наших постоянных клиентов, конечно, некоторые правила не распространяются. Лилия! – позвала она девушку, а сама тактично удалилась.

Девушка подошла к Пшеничному и с такой простотой посмотрела ему прямо в глаза, что видавший виды Станислав Михайлович смутился:

– Э… вот хотел бы вас поблагодарить… Без вас я бы и не знал, что купить…

Она улыбнулась так искренне, точно эти подарки предназначались ей:

– Я рада!

Пшеничный собрался наконец то со своими покрасневшими от смущения мыслями, отчего на лбу его выступил пот, а на щеках появились багровые пятна.

– Вас зовут Лилией?

– Да!

– А я Стас.

– Очень приятно, – ответила девушка.

– Сегодня вечером вы свободны? – прямо спросил Станислав Михайлович. Ему было недосуг перебрасываться пустыми словами вежливости. – В девять «Мерседес» МОН 282 будет стоять напротив салона. До вечера! – не дожидаясь ответа, с нарочитой суровостью в тоне бросил Пшеничный и поторопился уйти.

Выйдя на улицу, он подставил свое лицо ветру.

«Это же все с начала, все с чистого листа! – Станислав Михайлович просунул руку под пиджак, чтобы в случае чего поймать норовившее выскочить от радости сердце. – Ведь каждый об этом мечтает, чтобы еще раз с самого начала, но с учетом всех сотворенных глупостей.