Звонящий не признался в том, что Сьюзан мертва, и повесил трубку, прежде чем звонок смогли проследить. Специалист ФБР по анализу голосов изучил запись и пришел к мнению, что голос мужчины принадлежит Дэвиду Мейрхоферу. Но в то время в суде Монтаны свидетельство аналитика не было достаточным основанием для выдачи ордера на обыск, поэтому полиции не удалось проверить это предположение. Дунбар некоторое время старался выяснить, откуда звонил этот мужчина; похоже, во время звонка он находился на открытой местности – возможно, подключился к телефонным проводам на столбах у какого-то ранчо. Исследовав досье Мейрхофера, Дунбар узнал, что тот научился подключаться к телефонным линиям во Вьетнаме. Но это тоже не было сочтено веской уликой.

Прослушав запись разговора между миссис Джагер и предполагаемым похитителем, Муллани решился на смелый шаг. «Мне показалось, что Мейрхофер испытывает потребность подчиняться женщине», – позже вспоминал он. – Я предложил миссис Джагер отправиться в Монтану и лично с ним встретиться». Она так и поступила, встретилась с Мейрхофером в офисе его адвоката, но Мейрхофер был спокоен и сдержан, явно контролируя свои эмоции. Вскоре после возвращения в Мичиган миссис Джагер за ее счет позвонил некий «мистер Трэвис» из Солт-Лейк-Сити и заявил, что это он, а не кто-то другой забрал Сьюзан. Не успел он продолжить, как миссис Джагер сказала: «О, привет, Дэвид».

Теперь Дунбар получил достаточно оснований в виде письменного показания миссис Джагер, чтобы произвести обыск в доме Мейрхофера, где были обнаружены останки обеих его жертв. Под грузом всех улик и доказательств Мейерхофер признался не только в этих, но и в более раннем нерасследованном убийстве по крайней мере одного мальчика из Монтаны. После признания его посадили в одиночную камеру, а на следующий день он повесился.

Мы не сомневались в том, что решить этот случай помог составленный нами в Куантико профиль. Без профиля у Дунбара не было бы причин заинтересоваться указанным подозреваемым. Позже, после второго убийства и после того как Мейрхофер прошел тесты с полиграфом и «сывороткой правды», профиль из Куантико помог Дунбару настоять на своем и утвердиться в мысли о виновности Мейрхофера. Наконец, догадка Муллани о том, что Дэвид по-особенному реагирует на женщин и что миссис Джагер может заставить Мейрхофера выдать себя, стала последней каплей, прорвавшей защиту убийцы.

Этот давний случай убедил меня в силе и возможностях профилирования. Профилирование помогло определить наиболее вероятного подозреваемого и дало полевому агенту причины продолжить наблюдение за ним, даже несмотря на факторы, свидетельствующие против этого. Более того, дело Мейрхофера показало, что чем больше мы набираемся опыта и получаем информации о преступниках, совершающих насильственные преступления, тем лучше составляем профили.

Не бывает совершенно похожих преступлений или преступников. Составитель профилей пытается разглядеть в преступлениях определенную схему и определить характеристики предполагаемого злоумышленника. Профилирование – это процесс, основанный на фактах и логическом мышлении. Мы узнаем о происшествии все, что можем, на основании опыта строим предположения о причинах происшедшего и о том, какими чертами личности может обладать совершивший преступление человек. Говоря вкратце, формула такова: «Что» плюс «почему» равно «кто».

Самая главная задача – сократить число подозреваемых, отсечь самых маловероятных и сосредоточиться на реалистичных целях.

Следователно, если мы скажем, что с очень высокой вероятностью преступление совершено мужчиной, то отсечем тем самым приблизительно 50 процентов населения, то есть всех женщин. Категория «взрослые мужчины» – это небольшая доля популяции; «одинокие белые мужчины» – еще меньше.