|
- Оно и лучше! - шепчет он. До сих пор дома по правую и левую руку то и дело расступались, открывая просветы поперечных улиц. Теперь просветов не стало, бесконечно тянется сплошная стена домов. Вокульский встревожен, он ускоряет шаг и, наконец, к большому своему удовольствию, доходит до угла и читает: "Rue St. Fiacre"*. В памяти у него мелькает какой-то роман Поль де Кока, и он улыбается. Опять поперечная улица, и опять он читает: "Rue de Sentien"**. ____________ * Улица св. Фиакра (франц.) ** Улица Сантьен (франц.) "Не знаю", - говорит себе Вокульский. На следующем перекрестке он читает: "Rue Poissonniere"*, - и это напоминает ему какое-то уголовное дело; потом идут одна за другой короткие улички, ведущие к театру "Жимназ". _____________ * Улица Пуассоньер (франц.) "А это что?" - думает он, заметив налево огромное здание, не похожее ни на одно виденное им до сих пор. Это гигантский каменный прямоугольник, а в нем ворота с полукруглым сводом. Да, по-видимому, это ворота, расположенные на скрещении двух улиц. Рядом будка, возле которой останавливаются омнибусы; напротив - кафе и тротуар, отгороженный от мостовой чугунной балюстрадой. Шагах в трехстах - снова такие же ворота, а между ними вправо и влево пролегает широкая улица. Движение здесь еще оживленнее, ездят омнибусы трех видов и трамвай. Вокульский смотрит направо и опять видит два ряда уличных фонарей, два ряда киосков, два ряда деревьев и два ряда шестиэтажных домов, которые уходят вдаль на расстояние, равное улицам Краковское Предместье и Новы Свят вместе взятым. Улице не видно конца, только где-то там, вдалеке, она поднимается к небу, крыши сливаются с землей, и все исчезает. "Ну, хоть бы мне пришлось заблудиться и опоздать на совещание, я непременно пойду в эту сторону!" - думает он. На повороте Вокульского обгоняет молодая женщина; ее фигура и походка приводят его в сильное волнение. "Она?.. Нет... Во-первых, она в Варшаве, а потом - я уже второй раз встречаю такое сходство... Обман зрения..." Но он сразу теряет силы и даже память. Он стоит на перекрестке двух улиц, обсаженных деревьями, и решительно не помнит, откуда он пришел. Его охватывает панический страх, знакомый людям, которые заблудились в лесу. К счастью, подъезжает пролетка, и извозчик дружелюбно улыбается ему. - "Гранд-отель", - говорит Вокульский, садясь. Кучер приподнимает шляпу и кричит: - Вперед, Лизетка!.. Этот благородный иностранец поставит нам за труды кружку пива. - Затем, полуобернувшись к Вокульскому, говорит: - Одно из двух, гражданин: либо вы только сегодня приехали, либо основательно позавтракали? - Я сегодня приехал, - отвечает Вокульский, успокаиваясь при виде его круглого, румяного, безбородого лица. |
