|
Вокульский заметил, что у нее великолепные каштановые волосы, черные глаза и веселое энергичное лицо. - Вы уже даете мне отставку, сударыня! - с комической грустью вздохнул Старский. - Вы знаете, что я всегда даю отставку поклонникам, которые мне надоедают. Однако давайте усаживаться, господа. Жених и невеста, вперед! Феля, садись рядом с Эвелиной. - О нет! - возразила светловолосая девушка. - Я сяду с краю, мне бабушка не велит садиться возле жениха и невесты. Барон любезно, но отнюдь не ловко подсадил свою невесту и сам уселся напротив нее. Возле барона села вдовушка, Старский рядом с невестой, а панна Фелиция рядом со Старским. - Пожалуйте! - пригласила Вокульского вдовушка, убирая с сиденья широко раскинувшееся пунцовое платье. Усаживаясь против панны Фелиции, Вокульский заметил, что молодая девушка смотрит на него с восторженным изумлением и поминутно краснеет. - Нельзя ли попросить пана Охоцкого передать вожжи кучеру? - спросила вдовушка. - Сударыня, сударыня, вечно вы меня чем-нибудь донимаете! - возмутился Охоцкий. - Ничего не поможет, я буду править! - Так даю честное слово, если вы нас опрокинете, я вас отколочу. - Это мы еще посмотрим, - возразил Охоцкий. - Вы слышали, господа, этот человек мне угрожает! - воскликнула вдовушка. - Неужели никто тут не заступится за меня? - Я отомщу вас, - вскричал Старский, коверкая польский язык. - Пересядем вдвоем в тот экипаж. Прекрасная вдовушка пожала плечами; барон вновь принялся целовать ручки своей невесте, а она вполголоса что-то говорила ему, улыбаясь все с тем же выражением грусти и испуга. Пока Старский препирался с вдовой, а панна Фелиция заливалась румянцем, Вокульский наблюдал за невестой. Почуствовав это, она ответила ему надменным взглядом и внезапно развеселилась. Сама протянула барону ручку для поцелуя и даже ненароком задела его ножкой. От волнения ее обожатель даже побледнел, а губы у него совсем посинели. - Ды ведь вы понятия не имеете, как надо править! - смеялась вдова, стараясь толкнуть Охоцкого концом зонтика. В ту же минуту Вокульский выскочил из экипажа. Передние пристяжные свернули на середину дороги, коренные за ними, и коляска сильно накренилась влево. Вокульский поддержал ее плечом, кучер натянул поводья, и лошади остановились. - Ну не говорила ли я, что это чудовище опрокинет нас! - кричала вдовушка. - Позвольте, пан Старский, что это значит? Мельком глянув в коляску, Вокульский увидел следующую сцену: панна Фелиция покатывалась со смеху, Старский уткнулся лицом в колени прекрасной вдовушки, барон судорожно цеплялся за кучерский воротник, а его невеста, побледнев от испуга, одной рукой держалась за козлы, а другой впилась Старскому в плечо. |
