— Ничего мы не должны! — искренне возмутился Марик.

— Саша он врет! — поддержал Виталя.

Егор стиснул зубы так, что послышался скрип эмали. Попытался встать, но я положил руку ему на плечо, купируя порыв.

— Вы не догоняете, я не один здесь, ща пацаны мои придут. Пацаны, меня козлы прессуют!!! — заорал он, пытаясь вывернуться.

Пришлось прибегнуть к старым методам внушения — я стиснул его шею сзади двумя пальцами, там находились болевые точки. Сработало на ура, Егор тотчас притих.

— Пацаны твои сверкнули пятками, — спокойно ответил я. — И правильно сделали, тебе тоже надо было валить, пока была такая возможность. Ну чего на ошибках учатся.

Я подмигнул ему и Егор, судя по всему воспринял мои слова за угрозу. Впрочем правильно сделал. Никакого уважения или сострадания я к этому человеку не испытывал. Поэтому когда барыга заверещал:

— Паца-а-а…

Я оборвал крик Егора увесистым апперкотом поддых. Встряхнул за шкирку и внимательно посмотрел на него.

— Знаешь такие чудесные слова, сказанные, если мне не изменяет память, Александра Невским? Кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет. Слышал?

Егор непонимающе вылупился на меня и замотал башкой.

— Это про то, что ты решил ножом вопрос решишь, — пояснил я. — Может тебе твой ножик под ребро вставить?

Я обернулся к Марику и Витале, которые буквально втиснулись в стену.

— Пацаны, за ножом вас гонять не буду, но у меня в подсобке шило валялось…

— Я тебе сказал не лезь, если жить спокойно хочешь, — зарычал Егор, держась за солнечное сплетение и все еще бросая взгляд на выход.

Верил до сих пор, что придут его дружки. Но уже никто не придет.

— Хотя нет… — я продолжал внимательно смотреть на Егора, удерживая его шкирку. — С шилом больно просто получается.

Мне не хотелось углубляться в суть проблемы и копаться в грязном белье. Пацаны, а в это хотелось верить, завязали с темными делишками и встали на путь исправления. Ну а этот путь отлично совпадал с моими интересами по починке зала. А значит, докапываясь до пацанов, Егор просто на просто мешал моим делам. Вот этого ему делать точно не стоило. Ни Егору, никому другому.

— Но прежде чем я решу, что с ним делать, сколько он с вас денег просит? — я обернулся к Марику и Витале.

— Десятку… — прошептал Марик, все еще втягивая голову в плечи. — Но мы ему уже пятнадцать отдали, она нас на счетчик поставил!

— А ты отдавать вместо них собрался? — окрысился Егор. — Тебя я теперь тоже на счетчик поставлю!

Агрессия из него так и лилась через край. Так как он себя вести в схожей ситуации, могли толко в край самоуверенные люди, привыкшим чувствовать себя безнаказанными. Хотя в его ситуации, было отчего напрячься. Ночь, заброшенный зал…

Но ничего. Если непонятливый, это только его проблемы. Обычно такие понимают, если доходчиво объяснить.

Я сел напротив него на корточки заглянул в бесстыжие глаза.

— Значит так. На ваши дела, кто кому и сколько должен — мне чхать с высокой колокольни. Но ты один важный момент упустил, — начал я.

— Что я упустил? — проскрежетал Егор.

— Вот это, — я обвел пальцем помещение. — Мое.

— Допустим, — нехотя согласился собеседник.

— Видишь вон те следы? — я кивнул на цепочку следов, оставленных в свежем, еще не высохшем бетоне. — Это ты пришел ко мне и натоптал. Нехорошо получилось, не находишь?

Я замолчал, ожидая его реакции. Егор сузил глаза, отвечать не стал, пытался понять куда я клоню.

— Так вот, мне эта стяжка в тридцатку встала за работу, плюс столько же за материалы, — продолжил я.