План родился мгновенно. Он будто давно был, но где-то на задворках сознания. А теперь вдруг обрел ясность, а я – уверенность.

Страх отступил. Я без сожалений шагнула к исчадию.

Руки опущены, в ладонях – ни капли магии.

– Лирида! Что ты делаешь?! – закричал Антуан и кинулся мне наперерез.

Попытается остановить меня? Пусть. Не успеет.

– Ты погибнешь!!!

Но я шла и шла, не сомневаясь, что не просто выживу. Я выиграю эту битву, потому что я не одна.

На моих плечах точно лежали ладони Мора, который шаг за шагом вел меня к победе.

И когда я оказалась достаточно близко, исчадие клюнуло на наживку. Все его желтые глаза обратились на меня, а склизкая плоть в мгновение ока облепила коконом и утянула вглубь чудовища.

Отлично.

Это именно то, что мне нужно.

Глава 23

Не знаю, что со мной сделал Мор, но я чудом оставалась жива даже внутри ядовитого исчадия.

Заклинаний с подобным эффектом было несколько, но сейчас на ум почему-то шло только одно…

«Покровительство души» – сложные чары и редкие. Применять их может только жрец Пустоши, владеющий ее даром. Кинжал богини у меня был. Только вот при чем тут Мор?

Все эти мысли пронеслись всего за секунду. Дольше думать не было времени. Я не знала наверняка, но чувствовала, что защита Мора не всесильна и не вечна. Если не поспешу, останусь внутри исчадия и переварюсь в его гадкой тушке.

Я не видела ничего. Абсолютная чернота, в которой не было ни звука. Не шевельнуться.

Представив, что раздвигаю эти давящие стены, я сконцентрировалась. Ничего не изменилось. Тогда вложила в мысли магию и тут же ощутила, как пространство вокруг меня вибрирует.

Чернота пришла в движение, сквозь нее стали пробиваться отблески магических шаров и звуки. Исчадие ревело от боли, пока я разрывала его изнутри.

Я напряглась изо всех сил, представляя, что накладываю щит на Нотт и Гаата. Защитное поле вообразила и перед Антуаном. Взмолилась: «Пожалуйста! Хоть бы получилось!»

А в следующий миг с омерзительным плеском исчадие разлетелось на ошметки гнили и яда. Чистым пол остался лишь в центре широкой пещеры, в котором стояли я, Антуан и близнецы. Точнее, едва стояла только Нотт. Гаат же лежал и тяжело дышал.

– Жив! – всхлипнула Нотт и опустилась на колени перед братом.

Она плакала, но из последних сил колдовала. Использовала целебную магию на Гаате, хотя сама была ранена. Добрую половину ее тела будто ошпарили: кожа облезла на руке до плеча, на бедре. Ткань расползлась, оголяя живот и пострадавшие конечности.

– Не знаю, как ты это сделала, Лирида, но я бесконечно тебе благодарна, – сквозь слезы лепетала Нотт. – Я сделаю все, что попросишь, когда выберемся отсюда!

– Перестань, – помотала головой я. – На моем месте так бы поступил любой.

– Не любой. – Антуан смотрел на меня с уважением и даже гордостью. Будто я и правда была его сестрой. – Залезть в исчадие, чтобы порвать его на куски? Это же безумие! Но зато какое!..

– Ребята, – перебила я, – надо уходить. Тут могут быть другие исчадия.

«И Лоркраф».

– Да-да, я почти закончила, – проронила Нотт. – Я лишь стабилизирую его…

– Себя стабилизируй. Гаата понесет Антуан. А вот тебе придется идти самой.

Нотт прикусила дрожащую губу, но затем осмотрела нас и все же кивнула.

– Владыка Лисов, помоги нам, – шепнула она. – Верю и молюсь тебе…

Сейчас нас четверо.