Рука в руке, глаза в глаза… И крик Антонины на фоне: «ЗАНОВО!»

Когда вхожу внутрь, в гостиной что-то происходит. Все оставшиеся девушки сидят на диванах и о чем-то болтают. Разумеется, под бдительным присмотром операторов.

– Думаю, они катаются в горах на бордах, – щебечет одна из девушек.

– Может, на лыжах? – с чего-то вдруг решает другая.

– Их давно нет, – доносится третий завистливый голос, а потом один из операторов специально направляет камеру (а вместе с ней и всеобщее внимание) на меня.

– Снежана! – Девушки вскакивают с диванов и окружают меня.

Выглядит это наверняка очень странно. Они в домашней одежде, а я – в пальто и сапогах, что мне привезла Антонина для съемок. Крутятся вокруг меня, словно я тут местное солнце. Хотя… я та еще звезда.

– Рассказывай! Как все прошло? – спрашивает Ксюша. Та самая рыжая, Гадалка. Когда количество участниц сократилось, я запомнила имена… некоторых из них.

И дальше начинается новая съемка, новая игра на камеру.

– Замечательно, – улыбаюсь с мечтательным видом и рассказываю, как романтично мы с Алексом провели время в ресторане.

Я едва не роняю маску спокойствия и уверенности, когда понимаю, что мой «счастливый лепет» снимает Дима. Я не задерживаю на нем взгляд, не успеваю разглядеть его лица. Но почему-то становится так… холодно под ребрами.

Будто я проглотила лед, а он отказывается таять у меня внутри.

На самом деле время, проведенное с Александром, было очень нервным. Сначала я переживала, что свидание без операторов кончится постелью, в которую я категорически не собиралась. Потом мне стало неловко от искренней симпатии Алекса в мою сторону, которая теперь кажется такой очевидной, что нужно быть слепым и глухим, чтобы думать, будто я ему не симпатична. А еще я много думала о Софии, которая до сих пор не вернулась из больницы на виллу.

Все-таки я слабая. Я не такая, как мой бывший, и не могу шагать по головам ради цели. Еще немного, и я сорвусь. Признаюсь Алексу, что он мне не нравится, хотя я пыталась – честно пыталась! – заставить себя смотреть на него по-другому. Но даже наше свидание не исправило ситуацию.

Алекс приятный человек, симпатичный мужчина, но моя душа рядом с ним не горит.

Зато что полыхает отменно, так это пятая точка Антонины. Она ловит меня после наигранных посиделок с оставшимися участницами в гостиной и утаскивает в аппаратную комнату, где снова полощет мне мозги:

– Как ты могла уехать с ним без камер?! Ведешь себя как эскортница.

И я бы и глазом не моргнула, скажи она мне это в другой ситуации. Но сейчас, как назло, рядом у компьютера крутится Дима.

Наши взгляды встречаются, и я выкручиваю свои театральные способности на максимум. Все ради того, чтобы выражением лица, взглядом, силой мысли, в конце концов, передать ему правду: «Ничего не было!»

Но вот я вижу, как Дима ухмыляется, и нет в этом ничего веселого. Он как-то устало отводит глаза, а во мне все обрывается.

Почему-то…

– Да не было ничего у меня с Алексом! – кричу я больше ему, чем Антонине, которая вдруг начинает довольно улыбаться.

– Что? Стыдно стало? А вот, Снежаночка, репутация – штука такая. Один раз оступишься, а помнить будут долго.