– С мойоком или с Йеменом?

Оказавшись под теплым присмотром Кита, менялся и Фитц. До этого момента в его жизни никогда не было мужчины, с которого он мог бы брать пример. Теперь юноша все чаще улыбался и смеялся. Он даже позволял себе шутить над своей неудавшейся помолвкой, и в его словах звучало веселье, которого он был начисто лишен, когда покидал Англию в июле.

– Привыкай, – подшучивал над ним Кит. – Прежде чем ты найдешь ту единственную, которую полюбишь, тебе придется научиться удирать от бесчисленного количества женщин, которые станут гнать тебя, как зайца. – С этими словами он улыбался, глядя на Анджелу, и та прощала ему всех тех женщин, которые в свое время охотились на него.

– С женщинами то я справлюсь, – с легкой улыбкой отвечал Фитц. – Вот кто меня пугает по настоящему, так это де Грей. – Его брови сошлись, как бывало всякий раз при упоминании о его отце.

– О де Грее мы с твоей матерью позаботимся, а насчет женитьбы не беспокойся, тебе об этом думать еще рано.

После этих слов юноша заметно повеселел. Было очевидно, что присутствие Кита вселяло в него чувство уверенности и безопасности.

Покончив с едой, Анджела с Мэй встали из за стола и поднялись на второй этаж. Настал час послеобеденного сна малышки. Что касается мужчин, то они продолжали сидеть за остатками лимонного пирога, беседуя о новом школьном семестре, который предстоял Фитцу. Они сравнивали анекдоты о школьных хулиганах и учителях – те, которые бытовали в детскую пору Кита, и нынешние, делились воспоминаниями о всевозможных проделках.

– Тебе хватает денег, которые дает тебе мать? – поинтересовался Кит. – Насколько я помню, у меня они всегда заканчивались прежде, чем кончался семестр,

– Мама щедра ко мне, – ответил Фитц. – Поверенные пополняют мой счет сразу, как только он оказывается исчерпан.

– А вот моя мама пыталась воспитывать во мне бережливость, – улыбнулся Кит своим воспоминаниям. – Тогда то я и научился азартным играм.

– Не могли бы вы научить меня тасовать карты так, как вы делали это вчера вечером – эдакой шелестящей аркой?

– Для этого надо как следует потренироваться. И еще я научу тебя следить за рукой твоего противника. Это, кстати, гораздо полезнее. Меня самого этому научил один старый игрок в Рио.

– Вы, по моему, везде успели побывать, – с мечтательным вздохом промолвил Фитц.

– Почти, – согласился Кит. – Однако в некоторые места я ни за что не согласился бы попасть еще раз.

Развалившись в кресле, Кит напоминал сейчас скорее какого нибудь добропорядочного сельского джентльмена, но уж никак не отчаянного искателя приключений. Однако в эту минуту на него нахлынули воспоминания о тех опасностях и приключениях, которые ему пришлось испытать в своей непоседливой жизни.

– Расскажите мне что нибудь о себе, – попросил Фитц, и в глазах его вспыхнул огонек любопытства.

– Я готов рассказать тебе всю свою жизнь, но сначала мне хотелось бы, чтобы твоя мать решилась пренебречь этими глупыми предрассудками света, которые ограничивают ее.

– Однажды я видел, как он ее бил, – промолвил Фитц. Голос его был тихим и дрожал, но эта фраза прозвучала в воздухе ударом хлыста. Было видно, что юноше не терпится излить обуревавшие его чувства. – Он схватил ее и швырнул через всю комнату. Только что она стояла перед ним, и вот уже лежит на полу. – Лицо молодого человека исказилось болью. – Она велела мне уйти. А я должен был помочь ей!

– Не вини себя, – утешил его Кит, протянув руку через стол и прикоснувшись к ладони Фитца.