– Мне нужна сущая безделица, если ты, конечно, не слишком утомлен, – проворковала невеста с раскрасневшимися щеками и растрепанными волосами. Она уже сбросила туфельки и наполовину расстегнула платье, оголив одно плечо.

– Та же самая безделица, о которой ты уже просила меня сегодня утром, а потом, во второй раз, перед ужином? – осведомился он, насмешливо подняв бровь.

Ее улыбка была кокетливо дразнящей.

– У меня разыгрался волчий аппетит. Должно быть, это следствие беременности.

Его голос понизился до хриплого шепота:

– Не исключено, что в предстоящие несколько месяцев мне придется отказаться от многих дел, если ты и впредь будешь столь же требовательной.

– Вот хорошо то было бы, – мечтательно протянула она, приподняв подол платья и нижние юбки, чтобы он увидел, что под облаком шифона и серебристых кружев ничего больше нет.

При виде столь соблазнительной картины Кит плотоядно улыбнулся.

– Я купил для тебя кое какие безделушки. Ты не будешь возражать, если я преподнесу тебе рождественский подарок чуть раньше срока?

– Я просто жажду увидеть его.

– Подумай… Так мне нести его?

– Ну у… Да, да, да!

Выйдя ненадолго в туалетную комнату, Кит тут же вернулся со шкатулкой из атласного дерева. Это был небольшой футляр для драгоценностей. Присев на краешек кровати, он вручил шкатулку Анджеле.

– С Рождеством тебя, дорогая, – сказал он. – Уж и не знаю, понравится ли. Возможно, что то из этого у тебя уже есть.

Подняв крышку, Анджела зачарованно уставилась на драгоценности, переливавшиеся всеми цветами радуги – ожерелья, браслеты, броши, серьги, кольца.

Подняв глаза, она улыбнулась.

– Значит, ты решил купить всего понемногу.

– Тебе нравится? – спросил он с напускным безразличием. – Взгляни хотя бы на этот браслет с бирюзой и бриллиантами. Гляди, как интересно выполнена застежка, – в виде птички.

– Все очень красиво. Но это все безумно дорого. Тебе не следовало быть столь расточительным. – Она застенчиво улыбнулась. – Боюсь, ты еще не раз услышишь от меня эту фразу.

– Но мне нравится покупать тебе подарки.

– Ты слишком щедр. Мне вовсе ни к чему столько драгоценностей.

– Тогда продай их, а на вырученные деньги сделай новую пристройку к своей школе. Только не продавай вот эту маленькую штучку, – показал он на бархатную коробочку в уголке футляра. Кит и без того собирался выстроить для ее школы новое здание, однако не торопился сообщать об этом подарке, который тоже был припасен на Рождество.

– Но почему же я не могу продать это? – поинтересовалась она, осторожно притронувшись кончиком пальца к коробочке, обтянутой голубым бархатом.

– Открой – тогда поймешь.

Приподняв крышку, Анджела замерла, явно заинтригованная.

– Серьги? – не совсем уверенно спросила она. На дне коробочки лежали две изящные золотые прищепочки, очень напоминавшие клипсы. Одна из них была покрыта зеленой эмалью, другая – красной, и к каждой был подвешен крохотный колокольчик.

– Рождественские колокола, – пояснил Кит.

– Но не серьги…

– Нет.

– Значит, на эти штучки вряд ли скоро найдется покупатель.

– Во всяком случае не здесь.

– Тогда их можно продать… – Она озадаченно нахмурила брови, но затем слегка улыбнулась, словно о чем то начала смутно догадываться.

– …в Кении, – подсказал он.

– Из чего можно заключить, что эта драгоценность не от Картье.

– Они сделаны на заказ специально для тебя.

– Обожаю подарки, которых больше ни у кого нет.