Именно в этот момент короткого затишья, когда в памяти у всех ожили воспоминания о старом виконте, к Анджеле почтительно приблизился дворецкий. Он доложил хозяйке, что в кабинете ее ожидает какой то мужчина. Гость отказался назвать свое имя.

– Он просто назвался вашим другом, миледи, – пробормотал верный Риджли.

– Местный? – спросила она, вставая со стула. Будучи крупнейшей землевладелицей в графстве, Анджела довольно часто принимала посетителей с разнообразными прошениями, даже в столь неподходящие моменты.

– Мне он показался незнакомым, миледи.

– Что ж, ничего страшного, продолжай подавать на стол. А я скоро вернусь.

Сказав Фредди и Милли, что к ней пожаловал нежданный посетитель, Анджела вышла из комнаты. Оставался только десерт – ужин близился к концу, и ее отсутствие не должно было создать гостям неудобств.

Ее кабинет освещался газовыми горелками, однако свет не проникал в дальние углы. Осмотрев комнату с порога, она не обнаружила признаков присутствия постороннего. Но стоило ей сделать еще один шаг, и из кресла у окна поднялась высокая фигура. Человек вступил в круг света.

Возглас изумления застрял у нее в горле. Анджела замерла, не веря своим глазам.

Кит был одет в костюм для верховой езды. Его одежда промокла насквозь, сапоги были забрызганы грязью, волосы потемнели от дождевой воды.

– Я хотел не тревожить тебя, – угрюмо произнес он.

– Не говори этого, – зашептала Анджела, и сердце ее забилось так сильно, что от толчков крови зашумело в ушах. – В столовой сидят Присцилла с матерью, – испуганно выдохнула она.

– Они не увидят меня. Я остановился в гостинице «Золотое сердце» в Истон Вейле.

– Тебе нельзя находиться здесь! – еще больше забеспокоилась Анджела. – У меня полон дом гостей. Здесь шагу не ступишь, чтобы не натолкнуться на кого нибудь.

– Подожду, пока они разъедутся.

– Ни один из них не уедет до воскресенья.

– Подумаешь, всего то три дня…

– О Господи, – простонала графиня, опершись на спинку стула. Казалось, силы вот вот покинут ее.

Два стремительных шага, и Кит был уже рядом с ней. Длинные сильные руки заботливо поддержали ее.

– Мне не следовало появляться здесь так неожиданно.

– Следов Оливии почти не осталось, – вырвалось у нее совсем не к месту, в то время как ей следовало высвободиться из его объятий, прогнать его прочь. И когда уж вовсе не следовало испытывать такую безграничную радость, видя его рядом с собой.

– Я искуплю грех той ночи. Поверь, я был готов сквозь землю провалиться после того, что тогда произошло.

– Кажется, я схожу с ума, – вполголоса пробормотала она, и ее ладони сами легли на его щеки, прохладные от влаги.

– А я уже несколько недель самый настоящий сумасшедший, – нежно произнес он, прижимая ее к своей мокрой груди. – Знаешь, какой ливень на улице?

Его улыбка была все той же – мимолетной, теплой и такой влекущей, что поневоле казалась предназначенной только ей, Анджеле, и больше никому на всем свете.

– Тебе нужна сухая одежда, – опомнилась она.

– А может, лучше вообще остаться без одежды? – пошутил он.

– Что же мне делать? – В ее вопросе прозвучали сладкие нотки обещания.