– Анджела! – взвизгнула она. Кит замер на месте, Анджела застонала, а Виолетта продолжала верещать:

– Вижу вижу вас, голубки! Так что можете впустить меня. Хуже не будет!

Осторожно опустив графиню на пол, американец быстрым движением, в котором чувствовался немалый опыт, одернул на ней платье.

– С тобой все в порядке? – спросил он возлюбленную, щеки которой пылали от возбуждения. И, поскольку она не отвечала, а лишь лихорадочно стискивала его руку, добавил: – Сейчас я ей скажу, чтобы убиралась прочь.

– Я сама, – остановила его Анджела. Однако голос ее был настолько слаб, что Кит решил проявить настойчивость:

– Разреши мне.

– Нет! – От Виолетты было не так легко отделаться. Подчас она бывала цепкой, как бульдог.

Он нежно погладил ее по спине, желая успокоить.

– Не прикасайся ко мне, – в отчаянии прошептала Анджела. Его пальцы, легкие и в то же время сильные, в любой ситуации будили в ней ненасытное желание.

Кит убрал руку.

– Я слишком сильно хочу тебя, – пояснила она, и голос ее прозвучал столь тихо что ему пришлось напрячь слух, чтобы понять сказанное.

– А ты сумеешь? – обеспокоенно осведомился он.

– Да, – решительно произнесла Анджела. – Во всяком случае думаю, что смогу.

Недоверчиво взглянув на нее, он взялся за дверную ручку. Ему хотелось самому разобраться с непрошеной гостьей. На долю секунды их глаза встретились.

– Хорошо, говори, – в конце концов решился американец и открыл дверь.

– А вы тут уютненько устроились! – возбужденно прощебетала Виолетта, змеей проскользнув в дом. – Добрый день, господин Брэддок! Анджела, милочка, с чего это ты так раскраснелась? – воскликнула она с дружеской фамильярностью. – Понимаю, должно быть, на солнышке перегрелась.

– Надеюсь, тебя привело сюда действительно важное дело, – проговорила Анджела, демонстрируя завидную выдержку. Властное внутреннее биение мешало ей сосредоточиться, и собственные слова доносились до нее словно издалека.

– Еще бы не важное! Вдумайся, милочка, я только что спасла тебя от Присциллы, которой взбрело в голову притащить сюда свору гостей. Им, видишь ли, захотелось осмотреть твой розарий. Но я сказала, что ты частенько предаешься в Стоун хаусе полуденному отдыху, так что было бы более благоразумным, если бы я сбегала на разведку, чтобы выяснить, не потревожат ли тебя посторонние. И вот я вижу, что они действительно потревожили бы тебя! Так что можешь быть мне благодарна.

– Благодарю. А теперь можешь идти.

– А вы, господин Брэддок, не хотели бы присоединиться к нашей компании? – елейным тоном осведомилась Виолетта, переведя невинный взгляд на Кита.

Ему не сразу пришел в голову правильный ответ. Но когда он посмотрел на Виолетту, той больше не было нужды строить догадки, отчего так пылали щеки Анджелы. В его зеленых глазах горел огонь неприкрытой похоти.

– Мое присутствие создало бы неудобства для обеих леди Энсли, – спокойно отрезал он.

– Я слышала, вы скоро отплываете домой, в Америку.

– Еще не знаю.

– Но Присцилла, кажется, уверена в этом.

– Я ей сказал, что уезжаю. – Кит даже не пытался изобразить вежливое внимание – его взгляд был прикован к Анджеле.

– Ясно, – понимающе промурлыкала Виолетта. – Но вы отпустите Анджелу, чтобы она смогла попить с нами чаю? – невинным голосом спросила она. Странная сдержанность подруги и явная обеспокоенность Брэддока заставляли ее сгорать от любопытства.

– Иди, Виолетта, – процедила сквозь зубы Анджела. – Иди и ни о чем больше не спрашивай.

– Что ж, голубки, желаю приятно провести время, – весело попрощалась с ними гостья.