— Кто что еще хочет? — продолжал веселиться Куто. — Ну, Питер молчит — ясно! Там дела сердечные — это не для посторонних ушей. Майк, а что тебе надо для полного счастья? Ой!

О'Брайен круто развернулся и уставился на Ксава взглядом разъяренного мулетой быка. Куто попятился.

— Т-ты чего?

— Я… тебя… с-сопляк!!! — начал набирать обороты О'Брайен, но сзади раздался спокойный голос Блада:

— Остынь, Майк! Парень не хотел тебя оскорбить. Завтра поговоришь с мисс Блэквуд и убедишься, что вся твоя ревность яйца выеденного не стоит.

— Нет, я поговорю с ней сейчас, сию же минуту! — встрепенулся капитан «Клариссы».

— Послушай, — Нэд положил руку ему на плечо, — не стоит выяснять отношения на пьяную голову. Потерпи до утра.

— А может, утром я уже буду в аду! — рявкнул О'Брайен и, с усилием стряхнув руку Волверстона, растаял во тьме парка.

Друзья отправились было дальше, но, не пройдя и десятка шагов, Ксав замер, глядя в пространство ошалелыми глазами.

— Тьфу ты, пропасть! — хлопнул он себя по лбу. — Вот память дырявая! Это ж надо! — и, развернувшись, исчез вслед за О'Брайеном.

Артур, привыкший к заскокам своего друга, только пожал плечами.

Звезды на небе уже начинали бледнеть, когда одинокий Суорд вернулся на корабль.

У трапа его поджидал боцман Джим Хэтберн, которому фольклорист Ксавье, игнорируя законы хронологии, дал кличку «Напильник» за вечную щетину на физиономии. У Напильника был весьма растерянный вид.

— Капитан… Сэр… Это… В общем… Как бы сказать?..

— Что еще произошло на борту этой копилки несчастий? Ну, говори, говори.

— Рыбья Морда, капитан…

— Что ты тянешь? Боцман, доложить обстановку!

— Сэр, он надрался, как свинья, и… Ну, это… Испанец этот… удрал!

— Та-ак. Удрал, значит? Отлично! А ты куда смотрел? Тоже мне боцман!

— Но… Ну… А… Гм-м… Сэр!

— Что «сэр»? Значит так. Рыбью Морду, то есть матроса Сэма Флетрита, как только проспится — ко мне. Ты лишаешься увольнения на берег на неделю. Будешь драить медяшку на смех всей команде. Справедливо?

— Есть, сэр!

— А теперь — кругом и «у люлю»!

— Есть, сэр!

— Вот так! — Артур вошел в каюту и хлопнул дверью. Ножа Ксава на столе не было.

«Упал, что ли?», — машинально подумал Суорд, и, сев на кровать, стал медленно стягивать сапоги.

Только сейчас Артур понял, как сегодня устал, поэтому он мгновенно уснул и спал так крепко, что даже не заметил, как вернулся Ксав. А тот, пытаясь действовать тихо, еще долго возился и шуршал в темноте, бормоча:

— Нет, ну это просто ни в какие ворота! Где же я его посеял? Как это я теперь без ножичка, а? Прямо не остров, а филиал Бермудского треугольника!

Глава 16

— Дай мне ключ, — сказала мать.

Замок поддавался туго, однако ей удалось отпереть его, и она в одно мгновение откинула крышку.

Утром, когда Суорд еще сладко потягивался в постели, в каюту ворвался как всегда жизнерадостный Ксав.

— Привет спящим красавцам и красавицам! Открой глазки, протри ушки — приятная новость. С тебя — суюнши!

Артур свернулся клубочком и подложил обе ладошки под щеку:

— Какие новости в шесть утра?! Это только тебе шлея под камзол попала, что ты вскочил в такую рань, — пробормотал он, не открывая глаз.