* * *

— Лидочка, ты говорила, тебе в шесть принимать лекарства. Так я тебе подам? — Сладко улыбаясь, Тополь поставил крохотный декоративный подносик с чашкой, наполненной водой, на стол и услужливо протянул обувную коробку, в которой хранились «специальные» лекарства Лидии. — Достанешь сама, или тебе помочь? — Открыв крышку, он предупредительно поставил аптечку на колени Лидии и одарил её взглядом, полным нежности и трогательной заботы.

— Спасибо, Леонид, я обязательно приму их, но только чуть позже.

Изобразив на лице царственную страдальческую улыбку, Загорская отодвинула от себя коробку кончиками пальцев. Устало откинувшись на мягкую спинку кресла, она прикрыла глаза, всем своим видом давая понять, что на данный момент дороже её покоя ничего не может быть.

— Как же позже, когда уже начало седьмого? — встревоженно проговорил он, и Лидия почувствовала, что ненавистная коробка снова придвинулась к ней вплотную.

— Леонид, я тебя умоляю, — едва шевеля губами, протянула Лидия, — дай мне несколько минут покоя. Нет никакой разницы, приму я эти таблетки сейчас или же получасом позже. По большому счёту, это теперь уже ничего не изменит.

— Лидочка, родная, — до слуха Лидии донеслось шуршание лекарственных упаковок, — ну нельзя же так, возьми себя в руки. Если доктор велел принимать таблетки в шесть, значит, это надо делать именно в шесть, а никак не позже. Скажи мне, как называется это лекарственное средство, и я позабочусь о тебе. — Судя по звукам, доносящимся из коробки, покончив с бумажными обёртками, Тополь принялся за пузырьки.

— Леонид, будь добр, оставь меня! — Роскошная грудь Лидии взволнованно качнулась. — Неужели так сложно понять, что мне сейчас не до этого.

— Кто же, как не я, должен о тебе побеспокоиться? — с тревогой в голосе произнес Леонид.

Лидия глядела на мужа сквозь полуопущенные ресницы и никак не могла понять, действительно он переживает за её здоровье или же просто, прикидываясь, морочит ей голову.

— Я беспокоюсь за тебя, Лида, и поэтому мне не всё равно, примешь ты это несчастное лекарство или нет. — Он открыл какую-то баночку с таблетками. — Можешь на меня сердиться, но я обязан следить, чтобы все назначения врача исполнялись неукоснительно.

— Я же просила русским языком: оставь меня в покое!

Не хватало ещё глотать всякую гадость! Неизвестно, когда и как всё это аукнется. Кто знает, насколько эти пилюльки мощные, может, через неделю после их приёма у неё печёнка станет дырявой, как дуршлаг, а может, и вовсе от таких мозгами тронешься.

— Ты не думай, я ведь всё понимаю. — Тополь сочувственно свёл брови на переносице. — Доктор сказала не обращать внимания на твою раздражительность, потому что это ведь не ты злишься, это в тебе говорит твоя болезнь.

— Доктор?! — От неожиданности глаза Лидии широко раскрылись. — Какой ещё доктор? — При мысли о том, что без её ведома Леонид нанёс визит онкологу в диспансере, в груди похолодело и сердце забилось часто-часто, как у зайца.