— К чему такие волнения, Лидуся? — Леонид вытряхнул таблетку на ладонь и плотно закрыл баночку крышкой.

— Кто тебя просил?.. — не в состоянии переварить услышанное, ошеломлённо заморгала Лидия. — Как ты мог?! Кто тебе позволил за моей спиной вытворять такие вещи?! — Жадно вглядываясь в знакомые черты, Лидия пыталась догадаться, что же могло произойти в кабинете врача, но лицо Тополя было непроницаемо, как маска. — И что же он тебе сказал?.. — Вцепившись в мягкие ручки кресла, Лидия даже привстала, и от волнения её кожа и впрямь приняла нездорово-серый оттенок.

— Лидия, тебе нельзя так волноваться.

В глазах Тополя опять мелькнула холодная резь, и Загорской вдруг стало по-настоящему дурно.

— Я спрашиваю, что тебе сказал врач? — Её губы задрожали. Если Лёнька знает всё, то сегодняшний разговор до добра не доведёт. Если же доктору хватило ума не распространяться перед чужим человеком, тогда… Она набрала в грудь побольше воздуха. Даже если шансов всего один на миллион, глупо не использовать его. — Он сказал тебе, сколько мне осталось? — Лидия не узнала собственного голоса.

— Сказал, — глухо бросил Леонид.

Сердце Загорской упало куда-то на дно желудка и, кажется, перестало биться совсем.

— И сколько же?

Глядя Лидии прямо в глаза, Тополь едва заметно усмехнулся.

— Что же ты молчишь? — От затылка вниз, по спине, покатилась обжигающая волна панического страха.

— Зачем мне что-то говорить, когда ты сама всё знаешь?

Густо-синие глаза Леонида сузились, и внезапно перед мысленным взором Лидии появились стылые ладони океана, смыкавшиеся над её головой в ночном сне.

— Я… я не понимаю… О чём ты? — Под пристальным взглядом Леонида она вздрогнула.

— О том же, о чём и ты. — Не отрываясь от глаз Лидии, Леонид взял чашку с водой и протянул таблетку. — Пей.

— Может, позже… — губы её не слушались.

— Зачем же откладывать? — В лице Леонида появилось что-то хищное и неприятное, как у хорька. — Зачем же нам откладывать на потом, если можно сделать это сейчас? — с нажимом повторил он, наклонился к Лидии совсем близко и поднёс руку с таблеткой. — Посмотри, что у меня для тебя есть, любимая. — Его шёпот становился всё глуше, переходя в шипение.

— Нет… нет… Не-е-е-т!!! — не выдержав змеиного, гипнотического взгляда мужа, закричала Лидия и почувствовала, как на неё наваливается ледяная толща воды.

— Мне что-то добавить ещё или достаточно? — Немигающие глаза Леонида холодно впились в лицо Лидии.

— Довольно.

Загорская закрыла глаза, откинулась на мягкий подголовник кресла и почувствовала, как, навалившись всем весом, безликая многотонная волна потянула её за собой в бездонную, бескрайнюю пропасть.

* * *

«Обязуюсь вернуть к первому ноября одна тысяча девятьсот девяносто восьмого года». Семён поставил точку и довольно оглядел красивую, как картинка, расписочку:

— Это хорошо, что в баксах, а то с этими рублями — словно фантики в руках держишь.

— Отдавать будешь тоже в долларах. — Приземистый, плечистый парень ткнул пальцем в низ расписки: — Число проставь.

— Само собой. — Семён обменялся взглядом с Борисом, стоявшим чуть поодаль, у стены. — Жалко, что до двадцать пятого никого в учебной части нет, а то бы я в понедельник смотался — и к стороне.