– Михаил Васильевич, – задумчиво произнесла Ася. – Это наш историк. Да, мы вполне могли его видеть. А первый похож на нашего завкафедрой Николая Терентьевича. А зачем вам они?

– Ася, ты знала, что Кирилл играл в покер на деньги? – Я сомневалась, что он говорил ей об этом, но она могла что-то замечать.

– Нет. – Она казалась искренней. – Его часто не было вечерами, но он брал смены в магазине, не хотел зависеть от дяди. Мы копили деньги на Москву. – Она осеклась, пытаясь не заплакать.

– Да, все так и было, – я поспешила утешить девушку. – Просто иногда он еще играл и, видимо, проигрывал крупные суммы. Если ты вспомнишь что-нибудь, не важно что, неприятные звонки, странных приятелей или что-то в этом роде, пожалуйста, сообщи мне.

Она снова согласно кивнула и быстрее, чем я сумела сориентироваться, скрылась из виду. А я так надеялась на ее пропуск! Ничего сложного в том, чтобы пройти в институт, не было. Это все-таки не режимный объект, и при должной доле обходительности и удачи можно проникнуть куда угодно.

Пропускная вертушка и рамка металлодетектора упирались в обычный письменный стол, который вместо списывания рачительные завхозы предпочитают оставлять на вахте.

– Здравствуйте! – предварительно вытащив паспорт, обратилась я к охраннику. – Я к Николаю Терентьевичу, заведующему кафедрой. Мне назначено, меня ждут, – уверенно отрапортовала я, не забывая благодушно улыбаться.

– Сейчас я вас запишу, и вы распишитесь, – важно пробубнил мужчина, чей представительный вид был во многом обусловлен его хмурым лицом и медленной манерой двигаться. – Вот тут, – указал он колпачком шариковой ручки в тетрадь учета.

Я расписалась, попутно стараясь просмотреть список фамилий отметившихся. Николай Терентьевич был тем, кто забрал ключи от триста двенадцатой аудитории в девять пятнадцать сегодня утром. Его фамилия была проста и приятна русскому уху – Иванов.

– Не подскажете, это мне сейчас куда? – сделала я невинную мину. – Сто лет в этом корпусе не была. – Весь мой вид просто кричал о том, как мне неловко его отвлекать.

– Вам на третий этаж, через рекреацию пройти. Там сразу увидите, – напутствовал меня мужчина в форме.

Кафедра общей психологии действительно находилась сразу за небольшой зоной отдыха, устроенной на перекрестье коридоров. Навстречу мне из дверей как раз выходил Николай Терентьевич в сопровождении своего удачливого в картах друга.

– Николай Терентьевич! Михаил Васильевич! – поприветствовала я обоих, пожалуй, излишне бодрым тоном.

После секундной паузы Михаил Васильевич насупился и настороженно уставился на меня. Николай Терентьевич, напротив, свою обеспокоенность прятал за улыбкой и суетой в движениях.

– Татьяна, если память меня не подводит? – осведомился он, протягивая мне руку.

– Совершенно верно, – согласилась я. – Хорошо, что я застала вас двоих на месте. Даже не представляю, где бы я вас здесь искала.

– Мир не без добрых людей, кто-нибудь бы сжалился обязательно, – съехидничал Михаил Васильевич.

– Чем обязаны счастью видеть вас? – галантно отводя меня в сторону от кафедры, поинтересовался Николай Терентьевич.

– Нам нужно поговорить. И сделать это желательно до того, как прокуратура узнает о вашем вкладе в организацию незаконной игорной деятельности.