Пастор Джон мучительно сглотнул.

– Честное слово, понятия не имею.

Глава 19

После работы Гек застал Лорел сидящей на импровизированном столе для совещаний лицом к трем белым доскам. Одета она была в черные джинсы и белый свитер, а ее волнистые каштаново-рыжие волосы рассыпались по спине.

– Ты переоделась, – отметил он.

– Ага, – оглянулась она через плечо. – Пролила на себя чай. Порой становлюсь неуклюжей, когда рассудок так занят.

– Что происходит? – поглядел он на доски перед ней.

– Ты больше не задействован в этом расследовании, – вздохнула она, но не сделала ни малейшей попытки перевернуть хоть одну из досок.

– Это не значит, что я не могу посмотреть.

Обойдя стол, он сел рядом с Лорел. Потом отодвинулся назад, приподнял ее и посадил на стол у себя между ног, обняв руками за талию. Лорел прислонилась к нему спиной, и ее пряный земляничный аромат наполнил его ноздри.

Гек поглядел поверх ее головы на расследование утоплений. Лорел разместила фотографии жертв на месте преступления сверху, а снимки лиц, представляющих интерес, снизу. В их число вошли мэр, пастор Джон, Тим Конекс, Джейсон Эббот, пастор Зик и он сам.

– Ничего себе, у тебя моя фотка!

Она кивнула, слегка стукнув его макушкой снизу по подбородку.

– Знаю. Я включила всех, кто может быть причастен. Проблема в том, что нам недостаточно известно о твоей маме, чтобы понять, кто мог желать ей смерти. Надеюсь, Нестер завтра будет располагать более полной картиной ее жизни. Он работает удаленно из Сиэтла, и пока что хорошо справляется, хотя нам и не удалось отыскать мэра или его сыновей.

– Мы их найдем. Честно говоря, мне хотелось бы знать о матери побольше, – признался Гек. – На этой доске каждый имеет какое-то отношение к Тери Биринг. И только я имею отношение к Дельте Риверс.

– О котором нам известно, – уточнила Лорел. – При всем при том жертвы могли быть выбраны и наобум. Пока что погляди на два места преступления, а конкретнее, на лед.

Гек принялся разглядывать фотографии льда.

– Во всяком случае, ломали его разными способами. Видишь, как прорубь на месте гибели Дельты Риверс более… не знаю. Как бы это назвать? Грубее и угловатее. А вот у проруби на втором месте преступления края более гладкие.

– Возможно, возле тела моей матери лед прорубили пешней, – кивнул он.

– Пешней? – удивленно переспросила Лорел. – Я не знаю, что это такое.

А ведь эта женщина – ходячая энциклопедия, так что Гек улыбнулся, но постарался скрыть от нее, как его это позабавило.

– Пешня – длинный тяжелый металлический лом с чем-то вроде долота на одном конце. Ее используют, чтобы колоть тонкий лед и пробивать в нем проруби. У нас их тут немало. У большинства они есть. – Он вгляделся в прорубь возле тела Тери Биринг. – А тут выглядит так, будто кто-то просто бил лед – может, молотом или каким-то другим гладким орудием. Скажем, кувалдой.

– А обычный молоток на это годится?

– Вполне.

Она накрыла его ладонь, лежащую у нее на талии, своей.

– Значит, у нас либо убийце наплевать, как взломать лед, либо… – Она позволила недосказанности повиснуть в воздухе.

– Штука в том, – пробормотал Гек, – что оборонительных травм на жертвах не так уж много. Он одолел их довольно легко, и мог пробивать или проламывать прорубь, держа их под контролем. Результаты токсикологии уже пришли?

– Нет пока.