Кейлин почувствовала, как задрожал под ее рукой стул. Пальцы Эйлан стали сжиматься в кулак, и Кейлин, которая не сводила завороженного взгляда с руки Верховной Жрицы, почудилось, будто бледная, прозрачная кожа засветилась. «Это правда, – подумала она, – к нам явилась Великая Богиня». Фигура, возвышавшаяся на стуле, стала медленно выпрямляться, как бы расширяясь, чтобы вместить в себя массу более объемную, чем та, которой было наделено хрупкое тело сидевшей там женщины. По спине Кейлин пробежал холодок.

– Смотрите же, о люди, к вам пришла Владычица Жизни. Пусть говорит Оракул! Пусть Великая Богиня провозгласит волю Бессмертных! – вскричал Арданос.

– Великая Богиня! Избавь нас от поработителей наших! – раздался чей‑то голос. Из круга друидов выступил вперед Бендейджид. – Укажи нам путь к победе!

Его слова прозвучали, как карканье воронов, алчущих крови и смерти. Эйлан в одиночестве стояла между Лесной обителью и людьми, требующими войны. Представляют ли они вообще, во что превратят страну римляне и их наемные войска, если дело дойдет до открытой схватки? Кейлин ненавидела римлян и тем не менее не могла понять, как здравомыслящий человек, будь то мужчина или женщина – или даже сама Великая Богиня, – может хотеть, чтобы в Британии разгорелась война. Неужели Бендейджид так скоро забыл, как полыхал в огне его дом, как погибли его жена и маленькая дочь?

«Великая Богиня, – молча молила Кейлин, – Ты вверила судьбу этой страны Эйлан. Помоги ей исполнить твою волю, даже если это будет служить целям римлян…»

Фигура на стуле затряслась мелкой дрожью и, резко отдернув с лица вуаль, устремила на собравшихся холодный бесстрастный взгляд, словно изваяние, сотворенное руками римлян.

– Сегодня – самая короткая ночь, – вполголоса заговорила она, и приглушенный ропот в толпе стих. – Но с этого мгновения силы света будут постепенно терять свою мощь. О вы, во имя утоления своей гордыни стремящиеся познать все тайны земные и небесные, – она с презрением указала на кольцо друидов, – разве вы ослепли и не в состоянии узреть, что творится в мире, в котором вы живете? Британские племена пережили свой расцвет и теперь слабеют с каждым днем. Та же участь ожидает в будущем и Римскую империю. Природа вещей и явлений такова, что, достигнув своей вершины, они затем приходят в упадок.

– Значит, нет никакой надежды? – спросил Бендейджид. – Ведь даже солнце со временем вновь возрождается!

– Верно, – отозвался сверху негромкий, спокойный голос. – Но только после того, как минует самый темный день. Уберите в ножны свои мечи и повесьте щиты, дети Дон. Пусть римские орлы раздирают друг друга на части, а вы возделывайте свои поля. Наберитесь терпения, ибо Время обязательно отомстит за причиненное вам зло! Мне доступно читать тайные письмена небес. И Я заявляю вам: слово «Рим» в них отсутствует.

Вздох облегчения и одновременно разочарования всколыхнул толпу.

Арданос о чем‑то шептался с одним из жрецов. Кейлин поняла, что сейчас у нее появилась единственная возможность сделать то, что наказывала ей Эйлан.

– А как нам сохранить мудрость древних? Как смогут люди поклоняться Тебе в меняющемся мире?

Арданос и Бендейджид сверлили Кейлин свирепыми взглядами, но вопрос прозвучал, и Великая Богиня начала медленно поворачиваться в ее сторону. Кейлин задрожала. Она была абсолютно уверена, что в этот момент глазами Эйлан на нее смотрело какое‑то иное существо.

– Так это ты спрашиваешь Меня, дочь древнейшего из племен? – откликнулся нежный голос. Последовало молчание; Великая Богиня, казалось, обратила взор в себя.