Минут за десять погасив небольшой участок бревенчатой стены, вода неожиданно закончилась, и огонь опять начал возвращаться, по-новому охватывая пламенем черные стены.

— Вы на пожар приехали или куда?.. — неистово заорал Орлов, обращаясь к огнеборцам, бессмысленно размахивая руками от возбуждения.

— А чего мы можем поделать, если в емкость вмещается один куб воды! — так же со злостью ответил ему один из пожарных, злобно ощерясь. По его грязному, с приставшими частицами летающего в воздухе серого пепла лицу стремительными ручейками стекал обильный пот. Наспех вытерев брезентовым рукавом разрумянившиеся щеки, он, как давеча Орлов, неистово заорал на своих товарищей: — Там в саду по соседству есть колодец! Тянем туда рукав!

Он перекинул конец рукава с металлическим наконечником через плечо, подавшись вперед, поволок тяжелый шланг к палисаднику соседнего дома. Тащившийся за ним длинный и огромный брезентовый рукав был похож на мертвого безвольного удава.

Журавлев вспомнил, что в этом году по всему Советскому Союзу проходит реформирование старой пожарной охраны в военизированную пожарную охрану, подчиняющуюся МВД, с выделением современных машин ЗиС-11. Но сюда, по всему видно, реформы еще не успели дойти, раз в Пилтене все еще продолжали ездить на старом допотопном «Шевроле».

— Твою ж мать, — застонал от бессилия Журавлев.

Наблюдать, как мучаются пожарные с рукавом, протаскивая его между частоколом ограды, оторвав от нее несколько кольев, было для деятельного Ильи невыносимо. Со словами: «Помогу им!» — он метнулся к палисаднику. Пока пожарные с трудом протискивались в дырку в ограде, ногой выбил закрытую изнутри на замок калитку и скрылся за смородиновыми кустами.

Колодец располагался почти посредине сада. К нему вела неширокая извилистая дорожка, аккуратно посыпанная желтым речным песком. Но, к разочарованию Журавлева, проживающие в доме хозяева оказались людьми меркантильными, скупыми и жадными, к несчастьям даже своих близких соседей, глухими: цементный круглый сруб был основательно прикрыт дубовой крышкой с коваными железными петлями и предусмотрительно закрыт на большой замок. В доме же света не было, и будоражить среди ночи не расположенных к разговору хозяев не имело смысла. Тем более что их напуганные лица, на секунду мелькнув в окне, тотчас пропали.

— Твою ж мать! — опять выругался Илья и с досадой пнул стенку колодца носком сапога, раздраженно оглянулся.

— Сейчас монтировку принесу, — как новость, поспешно сообщил подбежавший пожарный; круто развернулся, поскользнувшись на влажной от росы траве, но успел опереться на руки, проворно поднялся и побежал к машине.

Проводив суетливого огнеборца сочувствующим взглядом, Журавлев краем глаза заметил обложенный булыжниками цветник. Обрадованно метнувшись к нему, выбрал самый большой и увесистый камень. Вернувшись бегом к колодцу, с двух ударов сломал дужку навесного замка, быстро откинул крышку. Из темного сырого створа, в глубине которого блестела вода с отражавшимися в ней высокими и далекими звездами, пахнуло в распаренное лицо прохладой. Илья сразу почувствовал жажду. Отогнав невольное желание напиться воды досыта, он наспех облизнул пересохшие губы шершавым от сухости языком и принялся сноровисто спускать внутрь колодца длинный, как кишка, рукав.

Как только в зыбкой тишине раздался глухой всплеск, Журавлев облегченно выдохнул и побежал к калитке; срывая голос, принялся во всю мощь легких кричать:

— Готово-о-о! Включайте насо-о-ос!

Бежавший навстречу с монтировкой в руке пожарный резко развернулся и побежал обратно, тоже крича о том, чтобы включали мотор, победно размахивая железным инструментом как знаменем.