— Вам нравится? — спросила Элина, — Это наш местный промысел. Великолепно, верно?

— Да, чудесно…

— Мой муж, к сожалению, должен был уйти раньше, — пояснила Элина, — но вы обязательно познакомитесь позже с ним. Мой муж работает в мэрии консультантом… примерно так же, как вы, Джейн — фактически он занимает руководящую должность. Его пытались выдвинуть на пост мэра, но он принципиально считает, что мэром должен быть местный уроженец. А Роберт из Канады, как и я…

Элина помолчала и добавила.

— Если бы не муж, мне никогда не удалось бы сделать ту работу, которую я хочу вам показать. Совершенно необходимо, чтобы ликеиды из разных отраслей работали вместе.

— Да, этого очень не хватает, — подтвердила Джейн.

— Алексей, вы хотите сопровождать нас? Или отдохнете здесь? — спросила Элина.

— Если можно, я бы здесь остался, — робко сказал пилот.

— Прекрасно! Разумеется, у нас будут чисто специальные беседы, вам может быть скучновато. ВН есть в вашей комнате, библиотеку вам покажет Марфа… Марфа!

Прислуга, румяная симпатичная молодая женщина, появилась в дверях.

— Я оставляю на ваше попечение вот этого молодого человека… Кстати, со стола можно уже убирать… идемте? — обратилась она к Джейн.

Было намечено поработать в консультации, а на следующий день, во вторник, выехать на одну из передвижных станций, организованных Элиной для маргиналов.

В самой консультации Джейн, собственно, не нашла ничего нового… Все было организовано по общему образцу. За исключением, пожалуй, особого духа, который Элина, похоже, вносила повсюду, ее собственного духа… казалось, здесь в самом воздухе, в любой комнате, витает незримый образ Элины — всегда доброжелательное, веселое лицо, темные цепкие блестящие глаза, каштановые локоны, мягкий, своеобразный, певучий голос. Она заполняла собой консультацию, формировала весь настрой сотрудников, посетителей, входя в здание, человек непроизвольно начинал улыбаться, ощущая почти домашний уют, спокойствие, радость…

Этот дух проявлялся во всем, в каких-то мелочах, не имеющих особого значения, но в совокупности создающих атмосферу… в том, что на стульчике в приемной сидел одетый в футболку плюшевый медвежонок. В заботливо и художественно драпированной на окнах тюли. В подносе с русским самоваром, фаянсовыми чашками и набором плошек с китайскими и японскими чаями, стоящим на столике в комнате ожидания. В юмористических плакатах с надписями и анекдотами, развешанных повсюду. В кабинете генетического консультанта Джейн увидела целую серию картинок, сопровождаемых надписями. На первой пастор в рясе беседовал с голым дикарем-негром, который указывал на толпу ребятишек, среди которых возился один белый малыш и говорил «Святой отец, я чего-то не понимаю… я черный, и моя жена черная, почему же у нас родился белый ребенок? Кроме вас, здесь нет белых мужчин» На второй картинке пастор, по-отечески обнимая дикаря за плечи, объяснял: «Есть такая вещь, как генетика. Сейчас я тебе объясню…» На третьей картинке пастор демонстрировал дикарю стадо белых коз, среди которых паслась одна черная. «Вот видишь, все козы белые, а одна из них черная… это все генетические варианты». На четвертой картинке дикарь делал поспешный жест примирения, говоря при этом: «Хорошо, я больше ничего не буду говорить о белом ребенке… но вы, пожалуйста, тоже не говорите ничего моей жене о черной козе». Джейн улыбнулась, тут же поймав себя на том, что почти не слушает беседу консультанта с посетительницей.