К ужину собрались все — Элина с Джейн, Алексей, супруг Элины, рослый рыжеволосый канадец Роберт. Он не переоделся, сел за стол в рабочем костюме — то есть в сшитом по последней моде костюме — шерстяные зеленоватые пиджак и брюки, шейный платок от Денье, пестрая рубашка от него же. На широком откидном вороте пиджака красовался горящий факел — значок Ликея.

Элина и Джейн продолжали бурно обсуждать результаты дня. Роберт лишь молча улыбался, воздавая должное ужину. Ужин и в самом деле был прекрасный — тропический салат с рисом, картофельное пюре, свежие помидоры, на десерт — кофе с мороженым и ликером. Алексей не мог себя заставить ни вступить в беседу, ни даже улыбнуться… просто ничего не мог с собой сделать — в присутствии ликеидов он чувствовал себя напряженно.

Элина рассказала, что их дочь учится в Московском Ликее, живет, соответственно, в Москве.

— Вы живете здесь уже давно? — спросила Джейн.

— Уже двадцать лет, — с легкой грустью ответила Элина.

— Вам не… не хочется домой?

— Наш дом здесь, Джейн. Мы с Робертом познакомились еще в колледже. Вообразите, мы вместе проходили Путь Воина. Я сразу поняла — это именно тот человек, с которым я готова прожить всю жизнь.

— Ну уж так и сразу, — прогудел добродушно канадец. В глазах Элины вспыхнули огоньки.

— Да, сразу! Это ты, старый черт, не разглядел во мне твое сокровище! Ну вот, после миссии, а Роби проходил ее в Китае, он приехал ко мне… Через год совместной жизни мы подумали и решили зарегистрироваться. Взяли супружеский обет в храме Афродиты на пять лет.

— Ну, сейчас пойдут мелкие подробности, — вставил Роберт. Элина сверкнула на него глазами.

— Потом Валентина родилась. Ну а теперь мы уже взяли обет на двадцать лет… поняли, что никуда не денемся. А там, глядишь, и бессрочный… Все равно старики уже новых приключений на попу не ищут. А без Роби я бы тут билась, как рыба, вытащенная из воды… вот как вы, Джейн. Мы с ним такой проект составили, как помочь маргиналам, и средства нашли, часть своих собственных вложили, и вот теперь все это движется… завтра посмотрите.

— Я много читала по проблеме маргиналов, — сказала Джейн, — вообще, получается любопытно. Наша цивилизация как бы замкнулась в себе, не замечая людей, живущих вне ее… они не могут нам мешать — у них нет и не может быть надежной боевой техники. Они ведут жалкое существование, их жизнь еле теплится. И все же мы должны проявить милосердие и помочь им.

— Знаете, иногда складывается такое ощущение, что они как бы даже отталкивают нашу помощь… иногда так по-хамски, — пожаловалась Элина, — когда мы приезжаем и делаем им операции, даем лекарства, даем продукты и вещи, они с жадностью на все это накидываются, да еще между собой драки устраивают… а как только попытаешься чуть-чуть подтолкнуть их к тому, чтобы им самим правильно построить свою жизнь… все, неприятие, оскорбления…

— Они религиозны, как правило? — спросила Джейн.

— Нет. Абсолютно… в каждой деревне верят во что-нибудь свое, а чаще всего — полный атеизм. Не забудьте, это потомки одичавших людей посттоталитарной атеистической эпохи. Вы же знаете, когда развалился этот монстр СССР, много людей просто ушли на землю и стали жить натуральным хозяйством. Ну, конечно, у них есть колдуны, целители, знахари — это уж обязательный атрибут.

— Даже, я читала, был такой культ в те времена… каким-то женским именем назывался, — сказала Джейн, — они призывали всех уходить жить на земле, и создавать какую-то новую атмосферу… выращивать растения и не пользоваться ничем механическим, жить в согласии с природой.