Как она сможет принимать пациентов в таком состоянии? Она должна помогать людям, а у нее… вон, пальцы трясутся. Джейн смотрела на свои пальцы. Нет, так нельзя. Ведь она ликеида, она владеет собой… полностью. Она успеет обдумать все и позже, сейчас не до того… Джейн села в позу лотоса и попыталась войти в медитацию. Куда там — мысли так и скакали. Никак не сосредоточиться на мантре… В конце концов Джейн разозлилась и просто нажала кнопку вызова…

Вошла следующая пациентка, и ликеида смогла собраться, успокоиться и работать, как обычно.

— Ну и что, малышка? — нетерпеливо спросила Беатрис. Она сидела напротив Джейн, в кресле, закинув ногу на ногу, держа на весу крошечную чашечку кофе без сахара.

— Я не понимаю, — призналась Джейн, — я совсем ничего уже не понимаю…

— А я не понимаю только одно — что тебя так взволновало во всем этом? Ты влюбилась в этого Алексея?

— Не знаю, — ответила Джейн, подумав, — Пока я просто хотела бы понять всю эту историю.

Беатрис вздохнула, поставила чашку на стол, откинулась в кресле.

— Из того, что ты мне рассказала, не следует абсолютно ничего особенного. Между прочим, типично для русского… нам говорят, что ликеиды национальности не имеют. Чушь. Внешние черты сглаживаются, а внутренние остаются. Так вот, это типично русский случай — комплекс несуществующей вины, мазохизм, желание пострадать, метание из крайности в крайность, внезапно возникшее религиозное прозрение… ну вспомни хоть Достоевского, Лескова… «Преступление и наказание». Мне лично это не понятно, но у них это нормально. Это нельзя пытаться понять, это надо просто принять, как факт: от русского всегда можно ждать подобного дикого поступка. Парень был на войне, много повидал, психика сдвинулась…

— У него нет психических отклонений, Беа… Его же очень тщательно обследовали.

Беата досадливо махнула рукой.

— И опять ты о своем. Что такое психическое отклонение? Да, он здоров психически. Но кроме болезней, есть еще и антисоциальная направленность личности. То, с чем борются в колониях… У него, скорее, гиперсоциальная направленность, некий психологический атавизм. Война все равно могла расшатать его психику… плюс еще ранение в голову. Вот и изменилась личность. Досадно, конечно, что общество потеряло хорошего ликеида, будущего астронавта. Но что поделаешь, такое всегда может случиться… я не понимаю причин твоего волнения. Это просто… ну не больной, но безнадежно запутавшийся человек. К нему лучше всего относиться как к ребенку. А вообще — оставь ты его, что у тебя, своих проблем мало?

Джейн помолчала, глядя в темный прямоугольник окна.

— Я другого не понимаю, Беа… Ты знаешь, что такое полное диспансерное обследование?

— Честно говоря… как-то не сталкивалась.

— Я тоже. Так вот, он должен проходить ментоскопирование раз в три месяца. Определение уровня агрессии, снятие поверхностных образов, и так далее… Дальше — детектор лжи, ты знаешь, как это делается, человека раздевают, укладывают под сканер, который считывает эмоциональные реакции со всех участков тела, и задают вопросы. И вопросы, Беа, касаются буквально всего, самых интимных сторон жизни. Я посмотрела эту анкету — это же называется душу вывернуть наизнанку. И все это под детектором лжи, под пристальным взглядом психолога. Это длится полчаса, час… Потом — сеанс рефрейминга, в том же самом положении — работа с подсознанием. Беа, после всего этого сохранить хоть какой-нибудь уголок души нетронутым, невскрытым — просто невозможно. На это человек может пойти ну раз в жизни, если у него есть серьезная психологическая проблема.