Русские в массе своей всегда были рабами, думала Джейн, толпой, быдлом, не способным ни на какие высокие душевные движения. Американцы или англичане — свободное общество свободных людей. Русские представляют собой один большой муравейник, русский человек ощущает себя не Личностью, не чем-то отдельным от других — а частью общины, частью государства… но ведь это не связано с генами — ведь москвичи по происхождению те же русские, а в Московии половина населения — ликеиды. Это именно психология. Средний русский ликеидом быть не может. Но это не фатально — среди них иногда рождаются гении, рождаются дети, способные преодолеть муравейник, вырваться из этого плена, стать на тот же уровень, что лучшие люди мира.

Алексей — из таких…

Трудно представить, что ему пришлось пережить в детстве… ведь он был наверняка изгоем среди этих детей.

Но теперь, возможно, он ощутил долг, вину перед своим народом, и вернулся к нему, чтобы по-своему, по-другому нести ему свет, помогать, поднимать до своего уровня…

Джейн уже почти не замечала, что творится вокруг… она смотрела только на лицо Алексея. Губы его шевелились, повторяя беззвучно молитву. Мой милый, прекрасный..

Да ведь это и есть то, чего она ждала, что искала всю жизнь!

Ликей несет людям свет. Мы все, кто трудится в Ликейских учреждениях, помогаем народам расти духовно. Но Алексей решил, что его обычная работа неэффективна, что он должен отдать людям себя — полностью… Кто осудит его?

Пусть он временами становится похожим на них, пусть опускается до их уровня… Но все равно — он воспитает других детей, новых, ликеидов. Он внесет в жизнь каждого человека, с которым встретится, частичку Ликея, понимание, что можно жить и иначе. Кто может его осудить?

Только одно — кто должен быть рядом с ним на этом пути? Неужели обычная женщина, жизнь с которой будет для него мукой (как бы он сейчас ни пытался идеализировать ее)?

Или ликеида, единственная, оказавшаяся способной и понять его, и не осудить… и быть с ним рядом всегда и во всем. Равная ему по Духу…

Что-то изменилось… Джейн отвлеклась на секунду от созерцания лица Алексея… вот что — священник говорил уже на чистом русском языке. Проповедь, сообразила девушка. Она примерно представляла структуру службы. Любопытно… Джейн прислушалась. Батюшка, совсем еще молодой, черноволосый, смешно выглядящий в своей длинной рясе, частил скороговоркой, негромким, совершенно не поставленным голосом.

— … Мы все знаем о заповедях, данных Моисеем и о заповедях блаженства в нагорной проповеди Иисуса Христа. Представьте себе тысячелетнюю глубину жизни человечества. Каким огромным, великим событием когда-то, в той невероятной древности было появление закона «Око за око, зуб за зуб». Представьте себе сильного грубого и злобного человека, который узнает вдруг, что по закону его царя, если он, пользуясь своей силой вышиб кому-то пять зубов — палач по закону ему вышибет пять зубов в ответ. Это было невероятное потрясение и это было одно из прозрений человечества. И человек сначала должен был свыкнуться с такими вот элементарными законами — он не может безнаказанно кому-то отрубить руку, безнаказанно у кого-то что-то отнять. Вот это понятие наказуемости злого поступка и возвращение какого-то, пусть даже жуткого для нас, современных людей, равновесия — очень важно. Только человек, который сумел вжиться и включиться в это пространство, мог потом слушать и слышать — а вы понимаете, что это не одно и тоже — заповеди Моисея «не убий, не укради, не прелюбодействуй». Другой человек не мог бы это воспринять. Теперь дальше. Заповеди Моисея. Кто из нас, положа руку на сердце, исполняет их все? Но не исполняя их, мы понимаем, что это грех.