– Что это было? – сипло спросил Паша.

– Тебя насквозь проткнули, брат, срочно надо в больницу, – ответил Игорь. – Мы тебя поднимем… Ребята, помогайте!

Я знал, что всё это по-настоящему, но заставил себя думать, что происходящее – дурной сон. Потом я очнусь, и всё будет хорошо. Это был единственный способ заставить себя шевелиться. Я бросил рекордер. Мы с Никоном поставили Пашку на ноги. Ему трудно давалась ходьба, но он мог переставлять ноги.

Мы вышли в коридор. Где-то рядом слышались возгласы отпрыска Нежити. Он щелкал и стрекотал. Он бегал за стенами, мелькал в проходах. Этот гадёныш преследовал нас.

Мы бежали, волоча ноги Пашки по полу. Хотелось бросить его и бежать быстрее, срезать путь через дыры в полу. Но я не бросил парня.

Игорь рвался вперёд. Он не помогал нам, а только тащил сумку с техникой. Отпрыск Нежити выскочил из норы прямо перед ним. Мы затормозили… Детёныш толкнул Игоря в грудь, и он упал.

– Уберите его! – крикнул наш друг, но никто из нас не решился помочь ему.

Ребёнок Нежити вцепился Игорю в плечи, он пытался втащить парня в свою нору, но то было ему не по силам. Тварёныш оказался слишком слаб. Слишком истощён и искалечен. Игорь вырвался из его лап невредимым, а тот уродец уполз через другой ход. Но он не собирался сдаваться, он затаился, готовясь к следующей атаке.

– Не стойте, ребята, бежим! – Игорь помчался в конец коридора.

Пашка как мог помогал нам себя тащить. Шагал, отталкивался от пола. Мы почти добрались до лестницы. Теперь нужно было спуститься.

Выродок был тут как тут. Он высовывался то из одной, то из другой норы. Скрежетал стальными зубами, резко выстреливал лапами-пиками, целясь в нас. Мы чудом уворачивались от ударов.

Лестница…

Мы бежали, волоча ноги Пашки по полу. Желание бросить его росло с каждой ступенькой.

Я, Никон и Игорь несли Пашку за руки и за ноги над ступеньками. Он хрипел и свистел продырявленной грудью. Эти полминуты в панике казались вечностью.

Мы бежали к выходу и нас пытались догнать. Их было уже двое. Тот, что продырявил Пашку, прыгал за нами на четырёх лапах, а второй, обгоревший до костей, полз на локтях. У него была только верхняя часть тела, вторая, вероятно, сгорела.

Детёныши Нежити «проводили» нас до двери, но не смоли переступить порог. Нам удалось убежать.

Мы тащили Пашку по траве. Скорее к забору.

– Стойте, ребята! Стойте! – кричал он.

Я упал на колени. Больше не было сил бежать и тащить его. Нужна была передышка.

Игорь и Никон усадили друга на траву.

– Пацаны, – Паша сорвал с лица респиратор. – Больно! И дышать не могу! А-а-а! Как больно!

Он упал и начал биться в конвульсиях.

– Не могу дышать! Отнесите меня назад! Отнесите в дом! Отнесите… – Пашка резко умолк, выгнул спину, а затем рухнул, уронив голову на бок. Зрачки сузились, челюсть отвисла.

– Бежим! – сказал Игорь, и они с Никоном ринулись к забору.

– Пацаны, а как же?.. – крикнул я им вслед.

– Он умер! Хочешь тащить труп – тащи! – ответил Никон.

Эти двое так и перелетели через забор. Что я мог сделать? Я тоже оставил Пашку на траве и убежал. Когда я перелез через забор, Игоря и Никона уже не было.

***

Мне понадобилось много времени, чтобы прийти в себя после случившегося. Нет… Не правда… Я до сих пор не оправился после произошедшего в «зоне».

Первые дни я делал всё на автомате. В голове не было ни одной мысли. После бессонной ночи, вышел на улицу.