Я был против этого, но не мог предложить ничего другого.

Иванов попросил всех выйти, потом ушёл и вернулся с кистью и банкой краски. В коридоре собралось ещё больше людей. Наш активист продолжил:

– Эти квартиры мы пометим и не будем их открывать, – он перечеркнул дверь жирным крестом. – Нежить выходит только ночью, около одиннадцати вечера… значит к этому времени все должны быть дома, закрываться в своих квартирах и не выходить. Всем передайте! Теперь это правила выживания. Зайдёте в подъезд позже одиннадцати, и она вас навестит!

Я не мог понять, почему столь многие были готовы мириться с этим? Хотя мне и самому некуда было съехать. Другого жилья нет. Зарплату в институте задерживали второй месяц. Денег нет.

Я рассчитывал, что милиция не оставит это просто так.

«Они ведь не закроют глаза на гибель нескольких сотрудников!», – думал я, а потом увидел, как с нашего двора отгоняют жёлтую милицейскую «Волгу».

Узнав, что случилось, менты просто пришли забрать служебную машину. Немыслимо!

Не хотелось возвращаться домой после работы. Но и куда идти? Все, с кем я водил дружбу – жили со мной в малосемейке. Я прогулял допоздна и сильно замёрз.

Думал, что Иванов просто выдумал свои правила, а потому рискнул зайти в подъезд уже ночью… Комната консьержки была чуть открыта. И тонкий, скрипучий голос спросил меня:

– Ты из какой квартиры?

Этот вопрос навсегда врезался в мою память. Я убежал за порог и больше никогда в своей жизни не заходил в тот дом.

Опыт сумасшествия

Вам интересно, что происходит в голове того, кто страдает одной из форм шизофрении? Вряд ли больной человек сможет это адекватно сформулировать, ведь ему мешает расстройство личности. К тому же шизофреники далеко не всегда понимают, что они не в своём уме.

Да, насчёт галлюцинаций. В кино часто показывают, что перед сумасшедшим возникают образы, люди, существа, которые выглядят настоящими, как часть внешней среды. Однако в большинстве случаев шизофренические видения и голоса возникают внутри головы больного. Люди с подобными расстройствами хотя и теряют способность отличать реальность от бреда, но точно могут сказать, что слышат голос именно у себя в голове, а не откуда-нибудь из унитаза. То же самое с видениями, часто больные люди видят разницу между иллюзией и реально существующими предметами и воспринимают эти видения как насланное проклятье или кем-то внедрённые в их головы изображения.

Но бывает и такое, что кажущиеся образы интегрированы во внешний мир так, что больной может видеть перед собой, например, давно умершего отца и рассмотреть каждую пуговицу на его пиджаке. Бывает такой вид галлюцинаций, но в очень редких случаях. Такие галлюцинации называются истинными.

И я один из тех, кому «повезло» получить такое редкое расстройство.

Как я уже сказал, обычно шизофреники упрямо верят, будто с мозгами у них всё в порядке, а голоса и образы трактуют, как мистические явления, поэтому психиатрам бывает так сложно настроить человека на выздоровление. А я ещё до первого посещения психиатра догадался, что тронулся умом.

Правда мне это не помогало вести себя как здоровый человек. Я вовлекался в свой бред и не мог ничего контролировать, а когда приступ заканчивался, то сразу понимал, что всё это было галлюцинацией. Представьте, что вы спите и видите сон. Какой бы абсурд там не происходил, вы не подозреваете, что спите, а когда просыпаетесь, то для вас становится очевидной вся нелепость и невозможность увиденного. То же самое происходило со мной, только наяву.

Чаще всего мне мерещились разные люди. Я называю их «гостями». Почти всегда эти «гости» были очень неприятные, они вызывали у меня страх, отторжение или ненависть.

Больше всех я ненавидел плешивого мужика, который являлся ко мне несколько раз.