– Да, шериф!

– Вы будете там стоять не просто так. Вы проследите, чтобы никто не проехал. НИКТО! Понимаешь, Тони, никого НЕ ПРОПУСКАТЬ! Это мой приказ. И сами ни в коем случае не выезжайте за эту черту. Оставайтесь в пределах города. Иначе… смерть! Сейчас мне некогда объяснять, но поверь, если кто‑то все‑таки проскочит мимо вас, то наверняка умрет. Да, чуть не забыл. Самое главное – если увидите какую‑нибудь тачку дальше по Ютика‑роуд, не приближайтесь к ней! Не приближайтесь, даже если увидите лежащего рядом с ней человека. Это очень важно, Тони. Не приближайтесь ни в коем случае, иначе с вами случится беда. И никого не пропускайте. Надеюсь, Тони, не надо повторять? Ты все понял?

– Да, шериф, – несколько озадаченно ответил Стронгбоу.

– Ждите нас, Тони! Ждите и ничего не предпринимайте. Не пропускать никого вплоть до угрозы вырубить к чертовой матери. Пусть греются на солнышке, если не понимают слов. Ничего, сегодня тепло. Пусть. Все, конец связи…

– Э‑э‑э… обождите, шериф! Обождите…

– У меня нет времени, Тони. Что у тебя?

– А, если… если… С выезжающими из Оруэлла понятно, а как быть, если кто‑то будет въезжать со стороны Олбани?

Последовала продолжительная пауза; потом шериф, наконец собравшись с духом, процедил:

– А никто и не появится со стороны Олбани. Я уверен в этом. Никто.

8

Необходимо было кого‑то оставить на Гленн‑роуд. Лоулесс решил, что Монро должен быть с ним. Оставались двое – Поборски и Бессон. Поборски по‑прежнему морщился от боли, а что до Бессона, то он выглядел так, словно вообще был не в себе и все происходившее в городе казалось ему кошмарным сном. Итак, Поборски. Во‑первых, у него в городе побольше авторитета, а значит, он больше способен убедить людей не выезжать из города, нежели Чак. Во‑вторых, Джордж обладает внушительными габаритами, что в данный момент играет немаловажную роль.

– Джордж, вы останетесь здесь! Действуйте так же, как и братья Стронгбоу. Никого не пропускать! Джеки! – обратился он к заместителю. – Револьвер! – Монро отдал оружие Джорджу, а Лоулесс вручил ему рацию. – Только не приближайтесь к «шевроле»!

– Хорошо, – устало проговорил Поборски. – Я всё понял, Чарли!

– При малейшем недоразумении или если увидите что‑то странное, связывайтесь со мной…

– Да, шериф. – Юрист снял пиджак, зашел за желтую полосу, бросил пиджак на асфальт и уселся на него. «Форд» сорвался с места и на огромной скорости помчался на юг по Уэст‑стрит.

9

До того, как Джордж Поборски услышал голос, прошло минут пятнадцать. Когда полицейская машина скрылась за горизонтом, Поборски решил, что, судя по всему, ждать (чего?) ему придется долго. Солнце пекло не по‑осеннему жарко, добавляла духоты и неестественная неподвижность воздуха. Джордж расстегнул рубашку, оголив живот, покрытый густой растительностью. Время от времени он вытирал лоб платком. Он не знал, что именно произошло с водителями «плимута», «хонды» и «шевроле», но предполагал, что произошло что‑то такое, что вряд ли доступно человеческому разуму. Он смутно догадывался, что нечто похожее случилось с Энн Шилдс, той женщиной, которая не так давно переехала с семьей в Оруэлл откуда‑то из Массачусетса. Ее смерть породила в городе много разговоров. Поборски знал, что рядом с ним в неподвижном «шевроле» лежит Лестер Томпсон, у которого нет ни колотой раны, ни пореза, ни царапины, однако сиденье водителя наверняка залито кровью. Джорджу не хотелось думать об этом. Он был относительно спокоен по вполне конкретной причине – еще в выходные его жена вместе с дочерью отправилась в Бостон к родне.