— Куда ты? — спохватился Шон, заметив, что я ухожу.

«Подальше от тебя», подумала я, но вслух произнесла:

— Хочу прогуляться.

— Я с тобой!

Я резко остановилась, оборачиваясь:

— Ты не пойдешь со мной, Шон. Не знаю, что ты, и твоя девушка задумали, но ты знаешь — это может плохо кончиться. Не забывай: мои родители адвокаты, а дядя коп. — Не знаю, зачем я это сказала, наверное, потому что я испугалась, что окажусь с Шоном действительно наедине. Этот мерзкий тип любит распустить руки.

Что, если это он — мой преследователь?

Нет, это бред.

— Ладно, не кипятись. — Шон, не стал приближаться. Он переступил с ноги на ногу, под моим пристальным взглядом, и медленно двинулся в сторону амбара, после чего я смогла вздохнуть спокойно. Я обошла амбар, пройдя мимо группки курящих девиц, сплетничающих о какой-то рок-группе, и двинулась к ставку.

Раньше, когда близнецы учились в школе, я часто за ними следила, вместе с Дженни. Нам было тринадцать, и я не знала, что подруга уже влюблена в Алекса, и потому подбивает меня на слежку за ними. Однажды мы доехали на такси прямо до этого амбара. Здесь была вечеринка. На кукурузном поле тут и там, возвышались чучела монстров. Зак и Алекс нашли нас, напуганных, позади амбара; они тоже были напуганы, но, скорее потому, что знали, что им теперь влетит от отца, за то, что мы с Дженни увязались за ними. Для того, чтобы этого не повторялось, близнецы рассказали нам с Джен жуткую историю: здесь, в этом амбаре, жил отец, с дочерью. Она дочь забеременела, и так как он не знал ни имя отца, никто он, то просто убил дочь, вместе с не родившимся малышом, и бросил труп в озеро.

После этой истории, мы с Дженни больше не следили за близнецами, и подруге пришлось использовать для ловли моего брата в свои любовные сети, другие способы.

В историю, о призраке я больше конечно не верю, но даже сейчас, сидя на скамейке среди высокого камыша, в котором шелестит ветер, опасаюсь, что какое-то чудовище схватит меня за ногу и утащит в болото, где меня съедят жабы.

Мне не телефон пришло сообщение.

Я достала мобильник, и прочла: «Ты выглядишь классно сегодня. Ты похитила мое сердце».

Шон, придурок. Номер скрыт, но ясно, что это — он.

Я посмотрела на время — половина двенадцатого.

Через полчаса, если Эшли не будет здесь, я ухожу. Что я вообще здесь делаю? Мне на самом деле ведь все равно, что Эшли попросила меня о чем-то. Я могла бы сказать Лайле, что моя кузина нашла себе парня, и решила провести с ним свой день рождения, вместо этого дурацкого балагана, так почему я торчу здесь, вместо того, чтобы сидеть дома, в тепле, и смотреть какое-нибудь кино?

Я делаю это потому, что Эшли сказала, что никогда ни о чем не просила меня. Я вспомнила, с каким лицом тетя Энн готовила мне завтрак сегодня, словно я — часть ее семьи. Я никогда не ощущала себя частью семьи Эшли — кузина позаботилась об этом, но я не могла отрицать, что я чувствую ответственность за нее, особенно после того, что тетя Энн так добра ко мне.

Но я больше не вижу смысла здесь оставаться.

Я встала на ноги, как раз в тот момент, когда мне на телефон пришло новое сообщение.

«Ты забрала мое сердце. А я заберу твое».

Что это?

Я резко обернулась, вглядываясь в темноту. Музыка. Шелест ветра в камышах. Мое колотящееся сердце.