Я надеялся вообще отмолчаться, но нет, они все-таки заставили меня поучаствовать в разговоре.

– Хорошо, но плохо, – оценил я. – Никакая прямая дорога не поможет, если челноки уволокут в воду. За ними нужно присматривать. Лагерь рекомендую обустроить на растениях, над землей, но не на самом верху.

Я допускал, что получу их фирменное «почему», но нет, они все-таки обучаемы, сами додумались.

Нам нужно остаться близко к воде, чтобы охранять челноки. При этом нет смысла лезть на самый верх – мы не знаем, на что способны выбирающиеся из воды создания в свободное от поедания механиков время. Середина обычно становится кратчайшей дорогой к выживанию при любых обстоятельствах.

Да и джунгли нам попались удачные – много растений с широкими листьями, они сами по себе подходят для создания шатров. Часть команды занималась этим, часть помогала Мире с починкой корабля. Я же не собирался оставаться в стороне, я планировал продолжить исследования. Я объявил Сатурио:

– Кое-кому пора лезть в воду.

– Сейчас не лучшее время для этого.

– Лучшее время для чего бы то ни было – миф, и я говорю не о тебе. Для таких целей у нас есть команда номер два.

Мне изначально было любопытно, что произошло с кораблем Лэнга, но не слишком, не настолько, чтобы рисковать ради этого. Теперь же ситуация изменилась: мне не любопытно, мне нужно знать, как он оказался внутри горы. Раз уж мы застряли здесь, с нами может произойти то же самое – а не хотелось бы.

Лезть туда лично я не собирался, я себе не враг. Но я мог увидеть все, что нужно, и через камеру, если эту камеру примотать к кому-нибудь менее полезному. Лучше всего справились бы Мира и Сатурио, но Мира пока что была занята челноками.

Зато Бруция и Тодорус подходили идеально. Они были мне нужны, потому что не устали и немногим уступали своему старшему брату. Я был им нужен, потому что планирование, да и мышление как таковое – не их сильная сторона. И все могло получиться, но только если Сатурио это позволит и правильно их настроит.

Их перспектива подчиняться мне тоже не прельщала, однако ж они понимали достаточно, чтобы согласиться. После недолгих и скорее символических пререканий схема нашего сотрудничества кое-как нарисовалась.

Я устроился в челноке, с которым возилась Мира. Туда лучше всего передавалась картинка с камер, которыми пользовались кочевники и сопровождающие их дроны. К тому же там Сатурио постоянно следил за своей родней, и его материнское сердце оставалось спокойным.

Я видел, что они не доверяют мне, думают, что я им сейчас за что-нибудь отомщу… Напрасно. Я, в отличие от них, не привык разбрасываться полезными предметами.

Тянуть с этой миссией не было смысла, сейчас как раз удачный момент: то, что устроили в океане челноки, для этого мира явно премьера. В ближайшее время даже крупные хищники не решатся сюда сунуться. Зато потом мы получим скорее обратное: они покружат большими кругами и начнут сближение, исследование, участятся попытки понять, что ж мы за твари такие и откуда взялись. Но будем решать проблемы по мере поступления, и первой из них определенно предстоит стать кораблю.

От нового пролома он был дальше, чем от старого, поэтому плыть пришлось дольше. В компанию кочевникам мы подкинули в два раза больше роботов, чем в прошлый раз. Киана, конечно, попробовала возмущаться, она доказывала, что оборудование нужно беречь. Сатурио даже спорить с ней не стал, ему одного взгляда хватило, чтобы намекнуть ей, к чему приводят попытки беречь оборудование больше, чем его родню.

Бруция всю дорогу бубнила что-то в пределах шлема. Я не прислушивался. Смысла не было: она не решится произнести оскорбление достаточно четко, чтобы нарваться, а молчать не может в силу склочного характера.