Не считая пары-тройки свежих шрамов.

— Не плачь, — Кейн стер скользнувшую с её щеки слезу. — Для слез нет причин.

Она не хотела лгать мужу, никогда.

— Я думала, что ты не вернёшься.

Он взял её за руку и повёл к креслу-качалке, там сел, притянул Софи к себе на колени и обнял.

— Я всегда буду возвращаться к тебе.

Это было хорошее, но невыполнимое обещание.

— Дай взглянуть на твои раны, — она попыталась отстраниться, но Кейн поспешно удержал её.

— Они подождут.

— Ты вздрогнул, когда я тебя обняла!

— Твоя близость принесёт мне гораздо больше пользы, чем новая повязка.

Софи прижалась к нему и расслабилась. Как же хорошо снова оказаться в его руках, даже лучше, чем ей запомнилось.

— Ты потерял многих людей в сражении? — спросила она, вспоминая все молодые и старые лица, примелькавшиеся за время поездки из Северного дворца до горы Файн и дальше.

— Нескольких, — ответил Кейн. — Эрда и Калайна.

— Мне жаль. Они были хорошими людьми, — Софи коснулась длинной пряди волос Кейна, нуждавшихся в мытье. Он весь нуждался в мытье, а ещё в смене повязки, и всё же пока она с радостью просто держала его в объятиях.

— Они погибли не напрасно.

Софи слегка приподняла голову, чтобы заглянуть в глаза Кейна.

— Ты победил?

Он улыбнулся.

— Нечего так удивляться.

— Но императорских солдат было гораздо больше. Как…

— Это ненадолго, — заверил он. — В полку сторонников мятежа прибывает. Неожиданно к нам примкнула группа солдат из южной провинции, а также один клан из Трайфина. Круг Бэквие зашевелился. Некоторые из его воинов встали на сторону Себастьена, сочтя законным императором, другие поверили притязаниям Эрика. Он остался, чтобы скоординировать часть новых войск, и встретится с нами здесь через несколько недель.

— Недель? А как же Арсиз? — удивилась Софи. — Как же поиски Жульетт и Айседоры?

— Мы пойдём на Арсиз летом.

— Летом! Я не могу откладывать поиск сестёр до лета!

Кейн успокаивающе погладил её по голове.

— К лету мы наберём достаточно людей, чтобы победить императора и захватить дворец. Если кто-то там знает, где Жульетт и Айседора, мы их найдём.

Лето. Сразу после рождения ребёнка, которого она сейчас носит, и всего за несколько недель до тридцатого дня рождения Кейна. Если она не придумает, как положить конец проклятию, её любимый умрёт в Арсизе.

Ни одна королева Энвина ещё не выходила замуж, поэтому Жульетт с Рином не пришлось соблюдать каких-либо обычаев — они сами их создавали. Во дворце состоялся банкет, на который пригласили весь город. За ним последовало трёхдневное празднование с музыкой, играми и танцами, чтобы отметить женитьбу первого короля Энвина. Завершить торжество планировалось ночной церемонией.

Шепотки о рыжей королеве, наделённой даром предвидения, и её карадонском любовнике не прошли мимо Жульетт. При желании она могла слышать всё, но несмотря на возросшие способности сохранила умение отстраняться от обитавших на земле существ, когда разум и дух жаждали тишины. Однако их связь с Рином, как и следовало, оставалась неизменно прочной. Они были частью друг друга.

Жульетт нарядилась в самое красивое, золотое шёлковое платье и приличествующие королеве драгоценности. Рин выбрал прекрасный золотисто-голубой костюм и заплёл волосы так, чтобы те падали за спину. В нём появилось кое-что новое: он вдел в одно ухо маленький янтарный камень и, подобно Жульетт, носил на голове небольшой золотой венец.