Из четырнадцати рате‑вен‑а в живых осталось только двое. Когда Киеран увидел, что одна из них – Ха‑кан‑та, он, чувствуя себя виноватым, издал вздох облегчения и привлек ее к себе. Вторым, кто уцелел, был Ур‑вен‑та. Старик с трудом проковылял к дивану и, горестно вздохнув, упал на него. Волк Май‑аса поднял голову и лизнул руку шамана. Серебристая шкура почернела от запекшейся крови, но Май‑аса выжил.

– Как могло случиться, что это… Том? – спросил Киеран.

Он посмотрел на мертвого Джеми. Тот все еще сжимал в руках копье. Голова его склонилась набок, Киеран не видел израненной груди, но по обе стороны от Джеми натекли лужи крови. От Мал‑ек‑и не осталось и следа. Не осталось следа и от Томаса Хенгуэра, который, как оказалось, и был Ужасом‑Бродящим‑Без‑Имени.

– Nom de tout! – пробормотал Киеран. – Но Ужас‑то сбежал! Он еще жив?

Стоявшая рядом с ним Ха‑кан‑та потрясла головой:

– Нет! Мир от него очистился, но какой ценой!

Она оторвалась от Киерана и подошла к Саре. Обожженная рука девушки зажила, но кольцо теперь выглядело иначе. От последней отчаянной схватки с чудовищем золото почернело. Ха‑кан‑та опустилась рядом с Сарой на колени, взяла в руки ее лицо и произнесла успокаивающие боль заклинания. «Тоу» Ха‑кан‑ты ослабела, но она заставила ее действовать, барабан отбивал едва слышную дробь. Постепенно глаза Сары прояснились, серые щеки порозовели. Через плечо Ха‑кан‑ты она увидела тело Джеми и все вспомнила… – Тише, тише, Куничка! – утешала ее Ха‑кан‑та. – Все уже позади! – Прижав голову Сары к своему плечу, она гладила ее спину. – Не плачь!

– Нет! Не позади!.. Ты не знаешь! Кровь этого Мал‑ек‑и живет во мне! Зло не ушло из мира… оно во мне!

– В каждом из нас живут бок о бок добро и зло, – успокаивала ее Ха‑кан‑та. – Такими уж создала нас Мать‑Медведица. Потому‑то все мы, кто нашел Путь, и стремимся к миру и покою. Мы стараемся сдерживать зло и прибавлять силы добру. А чтобы достичь этого, потребуется еще много‑много жизней, Куничка. Дорога в Страну Дремлющего Грома длинная и трудная. И никто тебя туда не поведет. Ты должна добраться туда сама, опираясь на собственные силы, подавляя собственные слабости. Сначала тебе могут советовать, как идти, и разделять с тобой тяготы Пути, но до конца ты должна дойти одна и одна примешь решение, что ты выбираешь – добро или зло. Кем ты станешь – Томасом Хенгуэром или Мал‑ек‑ой. Хоть они и составляют одно целое, но никогда не походили друг на друга.

– Как хотела бы я умереть! – сказала Сара. – Только бы не знать, что я одной крови с этим чудищем. – Она содрогнулась.

Ха‑кан‑та посмотрела на Киерана:

– Надо вынести отсюда всех пострадавших. Потом убрать Жилище. Думаю, Синс‑амин нам поможет. Она наша должница.

Киеран кивнул.

– А ведь у меня вся рука была обожжена, – прошептала Сара, глядя на зажившую кожу, на почерневшее кольцо.

Ха‑кан‑та дотронулась до кольца и соскребла с него черную сажу. Под ней кольцо вновь засверкало золотом.

– Вот видишь? – сказала Ха‑кан‑та. – Так и зло. Оно может очернить нас, будет стараться перетянуть нас на свою сторону, но, если сердце останется стойким, зло нас не осилит.