Он громко рассмеялся:

— Нет, все не так плохо, как кажется. Хотя многие из нас уехали во времена первого кризиса, оставив туристов полноправными хозяевами этих мест. Но дед был патриотом. Его родители поселились здесь, когда он был еще ребенком. Он прожил в этих местах всю жизнь и наотрез отказался уезжать. Отец полностью разделял его энтузиазм, приверженность родной земле и тоже остался. Все очень просто.

— И вы ей тоже привержены?

— Как сказать… От нескольких сотен акров, некогда принадлежавших моей семье, осталось лишь пятнадцать. Дом — одно из тех огромных чудовищ, что создавали в девяностых годах прошлого века, но мне он нравится. Только теперь его громадность не соответствует скромным потребностям хозяина. Вернувшись из-за океана, где мне довелось служить, я огляделся, нашел работу, и вот я здесь.

— Вы служили за океаном?

— Я служил за океаном, — кивнул он, словно ставил точку, не желая обсуждать эту тему. — Теперь вы расскажите о себе. Откуда вы родом?

— Северное направление, — улыбнулась Эйлин. — Я из Атланты. Мама руководит медсестрами в медицинской школе при одной из крупных городских больниц. Бедняжка, она хотела, чтобы и я стала медсестрой. Но у меня не было «призвания». Я хочу быть деловой женщиной, сделать карьеру, как мисс Коуплэнд.

Джонни вновь удивился.

— В последний раз вы говорили совсем о других жизненных амбициях, — с нескрываемой иронией напомнил он. — Я про дом, мужа, детей.

Эйлин напряглась.

— Сотрите-ка ухмылку с губ, приятель! — велела она строгим голосом. — Что смешного в моем желании добиться успеха?

— Ухмылка была непреднамеренной, если она вообще была, в чем я сомневаюсь, — парировал он. — Нет, я думаю, вы достаточно умны, чтобы стать акулой делового мира. А вот семья — с ней будут одни проблемы.

— Проблемы, о которых каждая девушка только мечтает, — воинственно отстаивала свою позицию Эйлин. — Муж моей подруги сейчас в Корее, но она счастлива быть его женой. Счастлива вспоминать те четыре месяца, что они провели вместе. Даже зная, что он может не вернуться, она счастлива, что эти месяцы были в ее жизни.

Джонни глянул на нее холодно и решительно произнес:

— А не пора ли нам? Время летит незаметно.

Секунду Эйлин не двигалась, затем, соскользнув со стула, последовала за ним к машине, капризно кривя губы.

Глава 7

В кабинет мисс Коуплэнд Джонеси был вызван следующим утром, около десяти. В офисе все затихло, лишь только за ним закрылась дверь. Сотрудники обменивались многозначительными взглядами, не смея вслух подтвердить очевидность происходящего. Затем все вернулись к работе. Но дело двигалось вяло. Каждый думал только об одном — Джонеси увольняют. Джонеси, кто был с фирмой еще в то время, когда она представляла собой всего-навсего крошечный офис на двоих молодых начинающих риелторов. Джонеси, которому было под семьдесят, но который отличался отменным здоровьем и выглядел гораздо моложе своих лет. Джонеси, которого не очень-то любили за его раздражительность (что, кстати, оставляло его совершенно равнодушным), но который пользовался всеобщим уважением как профессионал высокого уровня и ветеран своего дела.

Почти час Джонеси пробыл в офисе Пэйдж, а когда вышел, его словно подменили. Бодрый пожилой мужчина исчез. Плечи сгорбились, щеки обвисли. На лице отражались боль и изумление человека, пораженного в спину врагом. В глазах застыли усталость и осознание полного поражения.

Офис будто вымер. Молчаливыми взглядами служащие провожали Джонеси, бредущего к своему столу. Он сел за стол и сидел несколько долгих мгновений, уставившись куда-то в пространство.