|
— Ну, давай, — сказал Стритер, глядя на принца, который ошарашенно, с сумасшедшими глазами застегивал манжету. — Стритер, прошлой ночью мне приснился сон… — Ну? — О маленьком мальчике и сером коте. Светловолосый пожал плечами. — Ну, когда накачаешься этим говном, — сказал он, — когда у тебя вены забиты этой гадостью, уж ты мне поверь, такие сны — только цветочки. Никто не попытался их остановить, когда они вышли из Кларенс-хауса, прошествовали на парковку и уселись в буровато-поносного цвета «воксхолл нову» мистера Стритера. Сумеречным сознанием принц попытался понять, почему ни один человек и пальцем не шевельнул, чтобы их остановить, ни одна душа не попыталась спасти его от его самого. Но на самом деле его отъезд не остался незамеченным. Слуги только и перешептывались об этом происшествии, однако примечательно, что никто из них не обратился в прессу. Впрочем, тем, кто знает, какие репрессии предпринимает Дом Виндзоров против тех, кого заподозрит в нелояльности, этот факт, видимо, не покажется таким уж удивительным. — Тебе нравится? — спросил светловолосый, когда Артур уселся в машину и уставился перед собой, глядя через лобовое стекло с мерзкими пятнами, оставленными раздавленными мухами, пятна эти под воздействием дворников превратились в аккуратные кривые и завитушки. — Неплохая машина, мистер Стритер. — А вот тут ты ошибаешься. — Стритер повернул ключ зажигания и без всякой на то нужды газанул. — Это не машина. Это магнит для кисок. — Он ухмыльнулся. — Я уже потерял счет юбкам, сидевшим на том месте, которое сейчас занимаешь ты. Артур поморщился. С нелепой быстротой они выехали с парковки, с ревом пронеслись по Мэллу и, скрежеща тормозами, остановились перед воротами. Охранники, давно привыкшие к капризам и чудачествам нанимателей, без слов их пропустили. Стритер повернул в сторону Сити. — В чем дело, шеф? О чем задумался? Принц перевел полузакрытые глаза на своего попутчика. — О своей жене, мистер Стритер. Я думаю, что она… Стритеру пришлось подбодрить его. — Ну-ну? — Она и мистер Сильверман. Я думаю, между ними может… — Да? И что они делают? Артур сморщился. — Я думаю, у них, вероятно, — голос его перешел в шепот, — связь. — Трахаются? Принц скорбно посмотрел на него. — Я думаю, именно так, возможно, и обстоят дела. — Худо дело, приятель. Значит, твою женушку охаживает другой член. Это унизительно. Но тебе некого винить, кроме себя самого. — Что вы хотите сказать? — Я хочу сказать, ваше высочество, что ты ей дал слишком много свободы. Она с самого начала получила от тебя все, что хотела, так что тебе больше нечего ей предложить, чтобы завлечь. Ей стало скучно. Ничего не поделаешь — все птички таковы. — Стритер замолчал и нажал гудок, привлекая внимание школьницы. Высунув язык, он быстро облизнул нижнюю губу. — Не выкидывать же ее из постели за то, что она любит креветочные чипсы? — Он опустил стекло и промычал предложение шокирующей вульгарности. Принц, казалось, не заметил этого. — Ответьте мне, мистер Стритер, — пробормотал он. — И я бы хотел, чтобы вы были предельно откровенны. Что бы вы предложили в моей ситуации? — Устрой им какую-нибудь пакость, приятель. |
