|
Он сидел на краю кровати, тяжело дышал, лицо у него было цвета манной каши, а на лице — выражение кролика, пересекающего дорогу в полной уверенности, что ему не добежать до обочины. Над ним стоял этот упырь Стритер, одна рука небрежно-покровительственно лежала на плече Артура. Сильверману показалось даже, что Стритер легонько сжимает плечо принца. — В чем дело, Сильверман? — Время еще не подошло к ланчу, а вид у принца был уставший. — Мы все так беспокоились о вас, сэр. Вы уехали один, без всякой охраны… — Кому какое дело, как я провожу время? — А церемония посадки дерева в школе, сэр? Дети были очень расстроены. Сказав это, Сильверман с легкой укоризной посмотрел на принца — это выражение нередко помогало в прошлом, воздействуя на совесть принца, когда они оба служили в полку и рядовой Уэльский собирался симулировать болезнь, чтобы избежать тренировок. Но сегодня принц, казалось, даже вообще не заметил присутствия Сильвермана в комнате. Мистер Стритер смерил придворного взглядом. — Мы выезжали, понял? Я хотел познакомить Артура с парой моих дружков. — Дружков? — В других обстоятельствах Сильверман посмеялся бы над этим, но сегодня одного взгляда на измученное, взволнованное лицо принца было достаточно, чтобы всякое желание смеяться пропало — Да с какой стати ему интересоваться вашими дружками? Стритер с самодовольным видом подошел к придворному и бесстрашно заглянул в его лицо. — А чем это плохи мои дружки? Ты думаешь, они недостаточно хороши для него? Сильверман сделал то, что обычно делают представители среднего класса, сталкиваясь с наглой агрессивностью. Он отступил и принялся извиняться. — Я никого не хотел оскорбить. Я уверен, нас обоих в равной мере волнует состояние принца… Стритер оборвал его: — Заткнись. — Простите? — Ты меня прекрасно слышал. Вали отсюда. Артур дернул Сильвермана за рукав. Теперь он еще больше, чем когда-либо, был похож на маленького мальчика. — Хватит, Сильверман. Я думаю, вам лучше уйти. Я здесь в превосходных руках. Сильверман чувствовал, что происходит что-то катастрофическое, но десятилетия почтительности и долга заставили его лишь кивнуть и направиться к двери. — Если вы уверены, сэр. — Абсолютно уверен, — сказал принц. — Больше скажу, я никогда еще не был в чем-нибудь так уверен за всю свою жизнь. Сильверман вышел из комнаты, испытывая ужасное чувство, что ситуация зашла слишком далеко и теперь уже все наверняка всплывет на поверхность. Не зная, к кому обратиться за помощью, но понимая всю необходимость неотложных мер, он быстро прошел в свой кабинет, где налил себе хорошую порцию джина с тоником и начал приводить в действие механизм неотложной встречи с принцессой Уэльской. Как только придворный ушел, принц испустил страдальческий вздох. Стритер похлопал его по спине. — Молодец, шеф. Не полез в бутылку. Другие на твоем месте не стали бы терпеть. Лично я бы навесил ему фонарь. Чтобы не лыбился своей подлой мордой. Он же смеется над тобой, шеф. Все время. Этот тип и твоя баба, они от смеха помирают у тебя за спиной. — Я этого не вынесу… — пробормотал Артур. — Сильверман и Лаэтиция… Стритер пожал плечами. — Ты сам видел этого деятеля. Дышит тяжело, запыхался. Похоже, он и одевался-то в спешке. Да он, когда мы вернулись, по яйца в нее засадил и так там и торчал. |
