|
Столешница окропилась красным, превратившись в ужасающее абстрактное полотно. Это увидела секретарша по имени Эмили Сингер. Насколько я понимаю, она так и не смогла полностью прийти в себя после увиденного и теперь, испытывая убывающее день ото дня терпение своего мужа, утверждает, что не может спать с выключенным светом. Но в тот вторник миссис Сингер все же продемонстрировала некоторое присутствие духа. Она завопила во всю силу легких, пластиковым молоточком шарахнула по прибору пожарной тревоги и сломя голову пустилась к выходу. Это должно было бы автоматически привести к эвакуации обитателей здания на улицу, но система по какой-то причине не сработала, и сирена не издала ни звука. Удовлетворительного объяснения этому пока не найдено. Сингер сумела выскочить из здания, но многим ее коллегам повезло меньше. Они были загнаны в угол к копировальной машине — Хокер и Бун неудержимым вихрем прошлись по помещению, размахивая перочинными ножиками и сверкая зубами; их глаза горели радостью фермера в первый день уборки урожая. — Наше вам! — сказал Бун, засовывая руку Тимоти Клапшоу (я смутно помню его, кажется, он имел отношение к бухгалтерии) в уничтожитель бумаг. — Доброго вам утречка! — сказал Хокер, энергично пришпандоривая степлером ладони бесцеремонного аудитора по имени Сандра Пулман к столу ее босса. — Ну, мои хорошие, кто из вас знает, где Эстелла? Все, кто мог говорить, стали заверять, что никто не слышал об этой женщине и, уж конечно, не знает, где она. Хокер покачал головой скорее разочарованно, чем сердито. — Очень, просто очень жаль. Бун от всей души согласился. — Если бы вы только сказали нам, то мы с Хокером, может, и прекратили бы все это. — Как ты прав, таран ты мой пробивной. Мы бы пошли на попятную. Кто-то из отдела кадров прохныкал, что никто даже не понимает, о чем они говорят. — Она где-то здесь, — прокричал Хокер. — Я это носом чую. — И я тоже, старичок. Но пока ищем, хоть повеселимся. В 09.08 Хокер и Бун спустились на девятый этаж, а мисс Морнинг, Барбара и я в это время как раз пытались прорваться к ним. На лестнице, протискиваясь через несущуюся вниз толпу, я столкнулся с Питером Хики-Брауном. — Боже мой, — проговорил он. — Какого черта вы здесь делаете? — Привет, Питер, — сказал я. Судя по голосу, он был на грани гипервентиляции. В тот момент я решил, что он просто близок к панике. — Бегите, — отрезал я. — Бегите со всех ног и не оборачивайтесь. Хики-Браун безвольно, неуверенно кивнул, протиснулся мимо нас и по-девичьи поскакал по лестнице. — Они на верхнем этаже! — крикнула Барбара. — Чем скорее мы их перехватим, тем меньше людей погибнет. Тут я понял, что кого-то не хватает. — А где мисс Морнинг? Часы на восьмом этаже Архивного подразделения гражданской службы показывали 09.12, и в этот момент Хокер и Бун в буквальном смысле столкнулись со старой знакомой. Мисс Морнинг стояла перед ними, держа стеклянный пистолет моего деда двумя руками, ее корявый мизинец лежал на прозрачном спусковом крючке, и перед лицом этого одетого в блейзеры зла руки ее слегка, едва заметно дрожали. Я, конечно, могу лишь высказать авторитетную догадку относительно того, что случилось дальше. — Хокер, — тихим голосом сказала старушка. — Бун. Вы ни на день не постарели. |
