|
Как и во всем остальном. — Разумеется, мадам. Именно так. У королевы сделался раздраженный вид — что за вмешательство, что за бесцеремонное покушение на ее веру. — Начиная с этого дня наша династия верует в нового бога, у нас новая религия. Левиафан есть путь, истина и жизнь. — Она замолчала. — Что это вы так подозрительно смотрите? Вы сомневаетесь в моем открытии? Артур наблюдал за Дедлоком, пока говорила его прапрапрабабушка, и ему показалось, что молодой человек при этих словах слегка ощетинился. — Разумеется нет, мадам. Но я бы призвал вас к осторожности. — К осторожности? — Директорат уже имел дело с подобными сущностями раньше, мадам, и они редко на деле целиком оказываются тем, чем кажутся. Скажите, это существо просило о чем-нибудь? Королева наморщила нос. — Просило? — У таких существ всегда есть некий скрытый мотив, мадам. Я сомневаюсь, что оно предлагает свою помощь просто из доброты душевной. — Левиафан — не какой-нибудь уличный бродяга, который выпрашивает у нас монетку. Он по праву заслуживает почтения и жертвы. — Жертвы, мадам? — Дедлок, мы видели, как вы ухмылялись и вздыхали. Можете не сомневаться — ваши скептические гримасы не остались незамеченными. Вы что — мне не верите? — Напротив, мадам. Я верю вам всецело. Но я настоятельно советую вам сказать мне, что это существо просило у вас. Королева казалась рассеянной. — Мы должны подписать контракт, — сказала она. — Соглашение. — Контракт? Какой же это бог подписывает контракты? Ваше величество, жизненно необходимо, чтобы вы сказали мне, что вы наобещали этому существу. Королева улыбнулась. — Вы и в самом деле хотите знать? Все-таки Левиафан — бог, и ему нельзя отказывать. То, что я сделала, послужит еще большему процветанию, еще большей славе нашего Дома. — Мадам… — Дедлок едва сдерживал гнев. — Что вы наобещали этому монстру? — Я пообещала ему Лондон, — сказала она. — И всех, кто в нем живет. Загорелся свет, от неожиданности Артур зажмурился, а когда снова открыл глаза, двое незнакомцев исчезли. Без них зал казался пустым и голым, как корт для сквоша. — Что это было? — выдохнул он. — Это? — переспросил Стритер. — Это была первая часть твоего урока истории. — Это правда? Есть в этом хоть крупица правды? Ухмылка. — Давай, шеф, тебе теперь лучше валить отсюда. Ведь сегодня твой день рождения. Принц на полусогнутых, словно вслепую, направился к выходу — голова у него кружилась, воображение бунтовало. — С днем рождения, шеф. — Стритер издевательски взял под козырек. — Да, и вот еще, ваше высочество. Артур повернулся. Еще одна ухмылка, в которой не поймешь, чего больше — жестокости или обаяния. — Перед уходом хлопни еще чашечку. 12 Итак, это случилось еще раз, и я опять оказываюсь жертвой преступления, которое явно имеет уникальную природу — повествовательный киднеппинг, писательское мошенничество, похищение сюжета. У меня нет сомнений, что это явление еще повторится, но я пытаюсь делать вид, что этого не происходит. |
