Поднявшись на невысокое гранитное крыльцо, я толкнул стеклянную дверь и вошел внутрь мебельного салона.

Сколь старательно ни рыскал мой любопытствующий взгляд по окружающему интерьеру, я не отыскал никаких намеков на религию или католиков. Видно, названию "Кардинал" магазин был обязан всего лишь банальной случайности. Хотя, возможно, и нет - выставленные здесь мебельные гарнитуры оказались в большинстве своем итальянского производства. А в Италии, как я читал, сплошные католики, куда ни плюнь. Там у них водится целая куча кардиналов и даже настоящий папа римский имеется в наличии.

Посетителей было совсем немного, а покупателей - вообще кот наплакал. Публика в основном обалдело таращилась не на произведения мебельных фабрик, а на шальные ценники с "космическими" цифрами. Обыкновенный деревянный стул, к примеру, стоил две минимальные месячные зарплаты. Идиотизм какой-то, честное слово.

Пожалуй, визуальным способом здесь ни черта не разведать. "Нам надо идти другим путем", - как в молодости говорил соратникам будущий вождь мирового пролетариата.

В глубине третьего зала, где радовали глаз всевозможные спальные гарнитуры, имелась дверь с надписью: "Директор". Неожиданно в моей голове родилась одна простенькая, но перспективная мысль, и я без колебаний, постучав для приличия, толкнул дверь и вошел в служебное помещение.

Кабинет по размерам больше смахивал на тесную кладовку. Письменный стол орехового дерева и пара стульев помещались здесь с явным трудом. Левую и правую стены украшали цветные репродукции с картин известных живописцев: с одной стороны "Утро в сосновом лесу" Шишкина, а с другой - какой-то морской пейзаж Айвазовского. Ну, образовательно-культурная планка хозяйки кабинета находится на весьма примитивном уровне, судя по ее художественным вкусам. Это очень даже неплохо - терпеть не могу высоколобых интеллектуалок, мнящих о себе бог весть что.

Директриса, средних лет полненькая женщина с каштановыми волосами, отложив в сторону пачку квитанций, выжидательно смотрела на меня довольно симпатичными карими глазами, напоминающими две влажно блестящие маслины.

- Добрый день, сударыня, - вежливо сообщил я по возможности мягким баритоном. - Простите, не знаю вашего имени-отчества...

- Зинаида Власовна, - пришла мне на помощь толстушка, доброжелательно улыбнувшись. - Какие-то проблемы? Наверно, вы желаете сделать индивидуальный заказ?

- Нет, я не покупатель, хотя мебель ваша выше всяческих похвал. К сожалению, в настоящее время мое финансовое положение не позволяет делать столь крупные покупки.

- Тогда что вы хотели? - явно теряя ко мне интерес, спросила хозяйка кабинета уже без наигранной профессионально-радушной улыбки.

- Не только хотел, но и упорно продолжаю хотеть, - слегка подкорректировал я директрису, стараясь вернуть на ее губы где-то затерявшуюся улыбку. - Имею сильное желание, уважаемая Зинаида Власовна, добросовестно поработать под вашим чутким руководством.

- В каком качестве, любопытно? - Собеседница все же одарила меня улыбкой, но, правда, всего лишь снисходительной. Ладно, на безрыбье и рак рыба, как говорится.

- В любом! - ответственно заверил я, для убедительности прижав ладонь к груди и даже слегка поклонившись. С чувством собственного достоинства, разумеется.

- Судя по вашей интеллигентной речи, вы бывший администратор или бухгалтер? - высказала догадку Зинаида Власовна. - Но эти вакансии у меня давно заняты. Попытайте счастья в другой фирме, может, повезет.

- На работу "белым воротничком" я вовсе не претендую. Мне бы что-нибудь попроще - шофером или экспедитором.