— А может, и объясни он нам все, мы бы не поняли, — негромко пробормотал Жильбер и подал Анжелике руку. — Пойдем! Верь в чародея Савла.

Анжелика не слишком охотно последовала за ним, хотя вопрос о том, сжала ли она руку Жильбера, или только положила свою сверху, остался открытым.

К счастью, в факелах осталась пакля, а у Фриссона сохранились кремень и огниво.

— Почему бы тебе заклинанием не сотворить свет? — проворчал Крысолов. — Надо спешить! Королева вот-вот бросится за нами в погоню!

— Потому-то я и не пользуюсь волшебством. Начни я творить чудеса — это было бы все равно что запалить ночью костер и показать Сюэтэ, где мы находимся Да и потом, дерево старое и сухое, видишь? — И я поднял зажженный факел. — Спасибо, Фриссон.

— О, для меня такая радость услужить тебе! — Поэт загасил трут. — Пойдем, чародей?

— Сюда, — сказал я и начал спускаться по винтовой лестнице. Поскольку поручень отсутствовал, я старался держаться ближе к стене.

Через некоторое время мы оказались в просторной подземной палате. Анжелика хмуро оглядывалась по сторонам.

— Не нравится? А чего вы, собственно, ждали? — ворчливо проговорил Крысолов. — Лорд Брас узников не держал, предки его тоже. Сомневаюсь, что ему вообще приходили в голову мысли о пытках. Потому-то тут и нет никаких камер!

— Но тут вода! — прислушавшись, объявил я. Мои спутники притихли, и все услышали звук падающих капель.

— Это там, — определил Жильбер, указывая в сторону арки.

— Отлично, — кивнул я и направился к порталу.

— Стой, чародей! — крикнул мне вслед Крысолов. — Так ты придешь к погребу, который расположен прямо под внутренним двором!

— Еще лучше! — воскликнул я обрадованно, оглянувшись через плечо. — Поверьте мне, это очень важно. Идемте!

Мои товарищи обменялись непонимающими взглядами. Фриссон пожал плечами и бросил:

— Уж мы за ним вон как далеко зашли, так какая теперь разница?

— Там есть что-нибудь опасное? — спросил Жильбер у Крысолова.

— Да не так, чтобы... — замялся Крысолов. — Разве что крысы, а они меня послушаются. Вот только не пойму, зачем он выбрал этот путь. Почему это над нами должен быть двор, а не замок?

— Не сомневаюсь, в свое время мы об этом узнаем. — Сквайр решительно повернул в арку. — Миледи, вы идете?

— Охотно, добрый господин.

Крысолов пожал плечами и поплелся за нами. Выйдя на свет факела, мои спутники обнаружили, что я остановился около большой лужи, в которую падали капли со стены. Из лужи вода стекала к центру подземелья, где скапливалась в виде крошечного озерца. Но смотрел я не на воду. Я хмуро озирался.

— Дерево... где взять дерева? — Тут я взглянул на Фриссона. — У тебя деревянные башмаки!

Фриссон оглядел свою обувь.

— Мы называем их «сабо»...

— Вот мы и предпримем что-то вроде маленького сабо-тажа! Одолжи мне один башмак, пожалуйста!

Поэт глянул на меня так, словно я тронулся умом, но башмак снял и подал мне.

— Так. А теперь все хватайтесь за башмак, — распорядился я и погрузил нос сабо в лужу, прямо под капающую с потолка воду.

Жильбер глянул на Анжелику, потом перевел взгляд на Фриссона. Поэт пожал плечами, опустился на колени и уцепился пальцем за башмак. Призрак и сквайр, вздохнув в унисон, также опустились на колени и ухватились за сабо.