Внезапно заглох «калаш» Артёма. То ли заклинил затвор, то ли патроны кончились.

Крысы сразу подвинулись на пару метров и, если бы не отступивший вампир с саблей, пошли бы и дальше.

Денис бросил револьвер – от него мало пользы. Сосредоточившись, парень создал огненный шар размером с футбольный мяч. Только как его запустить в крыс, чтобы не сжечь Анджея? Он, хоть и вампир, а пришёл им на помощь. Признаться по чести, без него от путешественников уже остались бы обглоданные косточки.

Что же делать?

– Жги! – прошипела Вика в коротком перерыве между выстрелами.

– Ты что?! А как же…

– Он вампир!

– И что?

– Неживой!

– Я не могу…

– Трус! Слабак! Мямля!

– Ну, и пусть!

Крысы тем временем приблизились к огненному шару почти вплотную. Дерущиеся кровные братья оказались в плотном кольце. Денис увидел, что несколько крупных тварей повисли на ногах Анджея. Звериные зубы ничего не могут сделать живому трупу, но они сковывали движения, отвлекали. И Антонио не преминул воспользоваться преимуществом. Свистнул его меч и рука польского вампира упала, так и не разжав пальцы на эфесе сабли.

Выпад!

Треугольный клинок чинкуэды – Денис наконец-то вспомнил как называется этот полукинжал-полумеч – выглянул между лопаток Грабовского.

– Жги! – не своим голосом заорала Вика.

Откуда ни возьмись, в тоннеле возник ураганной силы ветер, рвущий одежду, валящий с ног. К счастью, он был направлен в сторону Крысолова и его свиты. Подхватив огненный шар, созданный Денисом, ветер раздул его, превратив, фактически, в стену пламени и толкнул вперёд.

Пронзительный писк вырвался из сотен – а может, и тысяч? – крысиных глоток.

Перекрывая их, взвыл вампир-флорентиец.

Через полминуты от войска Мастера Зверей осталась лишь копоть на сером известняке и смрад жжёной плоти.

Глава 16

Гамбит начинается

Историю этого мрачного здания, сложенного из красно-коричневого, потемневшего от времени кирпича, знали в Донецке не многие. Да что там история… Многие даже не знали, где оно находится. Хотя название, безусловно, было на слуху. Но люди путались. Если спросить – а где же Братская школа? – начинали называть самые разные адреса. Впрочем, из молодёжи мало кто мог внятно объяснить, в чём разница между 9-й линией и улицей Челюскинцев. И только матёрые краеведы или люди постарше, заставшие ещё не только эпоху расцвета застоя, но и хрущёвскую оттепель, а в лучшем случае и сталинские времена, многозначительно улыбаясь, поведали бы вопрошающему, что улица-то одна, только названия разные.

В стародавние времена, когда Донецк ещё не получил статус города… Ну, ещё в девятнадцатом веке, когда Юзовка была всего лишь рабочим посёлком, раскинувшимся рядом с металлургическим заводом Новороссийского общества каменноугольного, железного и рельсового производства, и даже своего полицейского исправника не имел, только надзирателя и двух околоточных, её улицы назывались линиями.

Девятнадцать линий, возникших не одновременно, а по мере застройки, тянулись с юга на север и назывались просто по номерам. Позже их переименовали и 9-я линия стала улицей Челюскинцев в честь героического экипажа советского парохода, затёртого льдами неподалеку от Берингова пролива в 1933 году.