– Ты сам псих! Какой мёд?

– Обычный. В баночках. Липовый. Гречишный. Майский. Разный.

Олег отмахнулся от назойливых расспросов и зашагал к восседающему на троне Тёмному Шубину. Подошёл. Открыл «дипломат». Показал. Подземный владыка неторопливо заглянул в чемоданчик. Кивнул. Один из его помощников принял груз из рук человека. Ну, в точности как в фильмах о наркомафии. Олег, пятясь, вернулся на место.

Всё так же сохраняя безмолвие, Шубин снова кивнул.

– Облачайтесь, – скомандовал криптоучёный. – Сейчас портал откроют.

Он принялся извлекать из рюкзаков скафандры и всё, что полагалось крепить к ним для выживания человека в Друккарге.

Вальдемар Вайс лежал на боку, вытянув руку с магически образом раскалённой тростью. Он целился в лицо приближающегося Якова Носика. Сосулькообразные когти, растущие из кулаков блюзмена, весело поблескивали. Очень по-новогоднему. Собственно, ничего иного Вайс разглядеть и не мог. Мешала сильная близорукость, а очки, как назло, слетели при падении. Попробуй их найди теперь на полу, засыпанном строительным мусором. Вальдемара Карловича интересовали два вопроса. Первый – какой бес вселился в обычно доброго и улыбчивого Якова? Почему остальные маги, не так давно отбившие атаку целой орды тёмных, ничего не предпринимают? Вот от слова совсем. Будто их заколдовали, заморозили… Или правда, заморозили? С него станется.

Яков, улыбаясь, приближался. На пылающую трость он обращал не больше внимания, чем на снятую с ёлки карамельную. Вайс искал в себе силы подняться на ноги и достойно принять последний бой, а если не получится сражаться, то хотя бы умереть стоя. Ноги предательски дрожали и не слушались.

Зрение тоже подводило, но Вальдемар Карлович сумел различить чёрную помятую шляпу, а под ней мужественное лицо и висячие усы Ромуальда Эль Койота. Ещё один человек-загадка. Может, он засланный казачок? Шпион тёмных или киевских магов-хранителей, с которыми пока ещё не доводилось схлестнуться в прямом поединке? Зачем он здесь? Какие цели преследует?

Вайс внимательно наблюдал, как неспешно, будто в замедленной съёмке, поднялась трость Эль Койота. Набалдашник в виде головы орла или сокола. Впрочем, неважно. Кривой клюв хищной птицы метко ударил в затылок Якова. Глаза мага-хранителя закатились. Он упал ничком, разок дрыгнул ногой и затих.

Время опять побежало в привычном ритме.

Ромуальд наклонился над Вайсом, протягивая ему ладонь.

– Вставай, командир!

Вальдемар с трудом, превозмогая слабость, поднялся.

– Очки…

К ним уже бежали магички, «оттаявшие» после падения Носика. Видимо и правда… Ох, не прост Яков Наумович, ох, не прост…

Анна-библиотекарь подала Вайсу очки.

– Что это было? – спросил он, протирая стёкла и водружая оптический прибор на нос. – Ромуальд! Что на нижних этажах?

– Худо. Афоня и Пятерик – всё, – экстрасенс снял шляпу и поднял глаза к затянутому тучами небу. – Ещё трое покалечены…

– Исаев? Что с профессором?

– Этот лежит в холодке. Никак в себя не придёт.

– Хвала Жругру! А Радомир?

– Лохматый наш? Он, понимаешь, командир, в разнос пошёл. Дырки-то заделать помог. А потом Афоню-то и приголубил. Магия Каменный Цветок. Хоть оскребай теперь кишки от стенок.

– И что? – Вальдемар похолодел. Если самый сильный маг из присутствующих пошёл против Совета, то на всех замыслах можно смело ставить крест. Не удивительно, что так повёл себя Носик. Они же дружили с Радомиром много лет. Странно, что все остальные, включая Исаева и Вайса, до сих пор живы.