– А ты глянь на вон ту штуковину, что в руках у махера, – Петрович ткнул пальцем в изображение какой-то странной изломанной палки с непонятной закорючкой у одного из концов. – Спиннинг это, удочка такая для ловли рыбы… Доберемся до дома – покажу вам, парни, как с его помощью ловят на блесну да на воблер, – пообещал Альберт Петрович, окинув взглядом пятерку иржиков. Морские воины Дайяра дисциплинированно помалкивали, слушая перевод в исполнении Марины.

– Кхм… Мы отвлеклись от темы, – негромко кашлянул мой бывший напарник. – Товарищ Пак, что произошло потом?

– Две шебеки найшудов сразились с четырьмя галерами махееров, – командир северокорейских спецназовцев продемонстрировал следующий «шедевр». – Одна галера затонула… Мне непонятно, как они вели бой, и я не знаю, почему краснокожие не организовали погоню.

– Предлагаю сходить к месту боя, посмотреть и разобраться со всем на месте, – предложил я, рассматривая рисунок утонувшей ладьи – над поверхностью воды торчала одинокая мачта, корпус лежал на дне. – Вопрос: где произошел бой? Куда нам идти?

– Думаю, бой был возле того острова, из-за которого появилась шебека, – спокойным и рассудительным голосом заметил капитан Барулин. – Кстати, я так и не понял главного – что здесь делают господа найшуды? Разделение отряда на три пары оправдано лишь в том случае, если идет поиск кого-то или чего-то… Кого или что они здесь ищут?

– Угу, прочесывание территории, или же в данном случае акватории, – кивнул Владислав, соглашаясь со своим товарищем. – Все это навевает мысль о поисковой экспедиции.

– Пак, попробуй объяснить краснокожим, что мы сейчас двинем к тому острову, – бывший кэгэбэшник азартно потер ладони, видимо, в предвкушении новых встреч. И сразу же перешел на английский: – Серхио, пойдем курсом сто восемьдесят, на зюйд, осмотрим остров, от которого отошла шебека.

– А как же найшуды? – удивился Трапанг, выслушав перевод команды. – Мы просто отпустим их?

– А зачем они нам нужны? – пожал плечами Альберт Петрович. – Пусть катятся, куда им вздумается – у нас с ними ровно, конфликта нет.

Краснокожие мореходы испытали новое потрясение, когда «Минданао-3» дал ход и развернулся, направляясь на юг: с палубы парусника что-то закричали, энергично махая руками. Двое северокорейцев – расчет кормового ДШК – вежливо улыбаясь, помахали аборигенам в ответ.

Найшуды опомнились, убрали оружие, часть команды бросилась поднимать паруса, а остальные дружно взялись за весла. Спустя пять минут на шебеке часто-часто махали веслами, все больше и больше отставая от танкера с каждым пройденным кабельтовым. Мы же, не обращая внимания на тщетные усилия краснокожих гребцов, приникли к биноклям, рассматривая появившуюся из-за горизонта землю.

– На «десять часов» – двухмачтовик под берегом! – спецназовец Мун, взобравшийся на мачту, первым заметил еще одно судно найшудов. Пак Хен Сок оперативно перевел доклад своего бойца на русский и на английский.

– Ага, вижу, – несколько минут спустя подтвердил Петрович. – Шебека приткнулась к берегу, имеет крен на левый борт… Серхио, нужно лечь в дрейф в паре кабельтовых от парусника.

Спустя четверть часа танкер замер в трехстах метрах от двухмачтовика, слегка покачиваясь на пологой волне. Наше прибытие не осталось незамеченным – бросив все дела, после десятиминутной суеты экипаж аварийного корабля выстроился на пляже в боевом порядке.