Обогнули еще один мыс, поросший густым кустарником, повернули на юг и вскоре увидели в бинокль знакомую полоску скал, где застрял их корабль. Похожие каменные рифы тянулись вдоль всего восточного берега острова, словно природный волнолом, ограждая сушу от ударов океанского прибоя.

– …Поначалу казалось, что размеры острова намного больше. Южное побережье навскидку тянется на милю, западное – на две, две с половиной мили, северное – полторы-две мили, если считать вместе с тем скалистым мысом, – поведав о походе вокруг острова, Северьянов рассказал и о размерах вновь открытой суши. – Восточный берег, наиболее благоприятный для высадки, около двух миль с небольшим.

– Какая-то Африка получается, сплющенная с севера и юга, – Алексей Федорович взял в руки листок бумаги, на котором разведчики зарисовали береговую линию. – Африка в миниатюре… Значит, рекомендуете высаживаться метрах в пятистах севернее отсюда?

– Да, там сразу за пляжем не так много кустарника, – подтвердил Сан Саныч, жуя галету. – Перевезем вещи, разобьем лагерь, а послезавтра сходим на север, к самым большим холмам. Может, оттуда удастся разглядеть источник дыма на горизонте.

– А как выглядит этот дым? – заинтересовался инженер-проектировщик, протянув товарищу карандаш. – Можешь нарисовать по памяти?

– Почему нет, попробую, – Сан Саныч быстро-быстро заработал карандашом, уточняя кое-какие детали. – Этот дым, как мне показалось, статичный… Пока мы огибали восточный берег, он ни на йоту никуда не сместился и внешне совершенно не изменился… Вот, смотри.

– Напоминает столб дыма над кратером, – резюмировал Алексей Федорович, покрутив в руках изображение. – Бывал я в свое время на Камчатке, где видел похожую картину.

– Так это извержение вулкана? – удивился Валерий. – А почему мы тогда не слышим его грохота?

– А потому, мой юный друг, что дым над кратером – это еще не извержение, а лишь прелюдия к оному, – разъяснил пенсионер. – Дым может стоять над кратером много дней, недель, месяцев, и никто, кроме специалистов, не скажет, когда произойдет выброс лавы.

– Чего гадать? Сходим на тот дальний мыс и сами все увидим, – пожал плечами Николай. – Ну, что, командир, сегодня начнем, или как?

Начали сегодня, решив с толком использовать остаток светового дня, а заодно и окончательно убедиться в необитаемости острова. До наступления темноты земляне переправили на берег габаритное имущество в виде порванных парусов и обломков рангоута. Вышеуказанный груз сгрузили на облюбованный пляж, оттащили подальше от воды, а сами вернулись обратно на корабль. Как и ожидалось, на острове не оказалось никого, кто бы ночью позарился на оставленное без присмотра имущество.

Переночевав на борту катамарана, с восходом солнца приступили к эвакуации всего подряд, начиная с запасов питьевой воды, продовольствия и заканчивая всяким барахлом. Разбившись на три бригады, люди работали не покладая рук, задействовав для перевозки и «зодиак», и трофейный спасательный плот. Одна из бригад – отец и сын Васнецовы, Ольга, Сан Саныч – сразу же приступили к оборудованию временного лагеря на берегу, а ближе к вечеру занялись приготовлением ужина.

Около шести часов вечера «зодиак» совершил свой последний рейс туда и обратно, сняв с борта «Пингвина» бригаду из трех грузчиков, после чего весь экипаж расселся ужинать вокруг большого костра. С аппетитом поедая жареную рыбу с гречневой кашей, земляне подвели промежуточный итог: переезд на сушу прошел как по маслу, без проблем и заминок.