Раздосадованный происходящим, магистр даже изменил своим привычкам и трапезничал не один. По правую руку от него сидел Синг, по левую – Арси и Альф. Хурста к обеду не позвали…

– Хорошее вино и молодого барашка, – с невинным видом сообщил бэсс.

Гастрономические пристрастия Магистра и Посланника Мерлина, похоже, шли параллельными курсами.

– Бардак мы имеем, – проворчал Таур, начиная трапезу бокалом красного вина, – и анархию. И этот проходной двор вы называете неприступной крепостью? Да рыночная площадь в базарный день просто пустыня по сравнению с Сан Палисс! Арси, – он посмотрел на советника сквозь хрусталь бокала, – где Гарди?

– Я не знаю, господин, – в сотый раз повторил советник. Он так измотался в последние сутки, что устал даже бояться.

– Альф, – Таур перевел взгляд на врача, – ты уверен, что посланец еще в крепости?

– Да, господин, – врач встал, как ученик, отвечающий урок, правда, вилку и нож из рук не выпустил. – Я своими руками ввел ему двойную дозу СС в центр клейма. Даже если кто‑то попытается снять его, посланец просто умрет от разрыва сердца, ему не выдержать такой боли. На сегодняшний день, единственный, кто может избавить его от рабства – Вы, господин, и если Вы этого не делали…

– Не делал, – вздохнул Магистр, – у нас здесь без меня деятелей хватает. Ты бы сел, что ли, торчишь кривым столбом, как наша ратуша, того и гляди рухнешь.

– Да, господин, – Альф снова уселся за стол и, как ни в чем не бывало, приналег на салат и барашка.

– Арси, – Тауру, похоже, было не до еды, – еще раз. Когда появилась Кира?

– Сегодня, нет, уже вчера утром, господин.

Утром, – задумчиво повторил Магистр. «Значит, она была совсем рядом, а я ее даже не почувствовал, – в очередной раз казнил себя Таур, – мало того, что опознал посланцево колдовство, как собственного советника, так еще и любимую женщину ухитрился проворонить. А ведь он меня уже дважды обыграл за последние сутки! Что же происходит? Или я уже не хозяин в собственном доме? Проклятый скорпионыш творит у меня под носом черт знает что, а я даже не замечаю, узнаю все постфактум и хладнокровно признаю очередное поражение. Будто не Илая в рабство обратили, а меня. Гаденыш даже не реагирует на мои приказы. Но самое удивительное, что я не почувствовал присутствия Киры. Или козни посланца, или я просто слишком стар для любви». – И вы с ней пошли в сад.

– Да, господин, – подтвердил советник, – я, госпожа Кира и скалет Гарди.

– Гарди, Гарди, – проворчал Магистр, – где он, этот Гарди? Кто‑то знает? А где Кира? Ты уверен, что посланец охотился именно за тобой, а не за ней?

– По‑моему, он вообще ни за кем не охотился, – Ар‑си прокрутил в памяти свою последнюю встречу с Инси‑лаем. – У меня создалось впечатление, что он просто шел по своим делам и случайно наткнулся на нас.

– По своим делам в моей крепости, – мрачно констатировал Таур, – великолепно!

«Сколько можно об одном и том же, – не поднимая глаз от тарелки, томился Альф, за прошедший вечер выучивший все объяснения Арси наизусть. – Услышал, увидел, окаменел. Не помню. Не знаю. Как мне все надоело!»

– Итак, ты подался изучать жизнь камней, а Кира осталась один на один с Посланником, – продолжил Магистр.

– Был еще скалет Гарди, – напомнил советник.

– Да, Гарди, – Таур вдруг понял, что его настораживает постоянное упоминание о скалете и его отсутствие.